Любимая для монстра

Ничего явного, но вот эмоциональный флер зашкаливал. Народ банально боялся. И что примечательно, помимо вполне обоснованно лютовавшего Хорна, страх вызывала и моя неоднозначная персона. Еще бы, дважды предательница княжна, сперва мать кинула, как говорили на родине, затем и доверившихся ей заговорщиков. Вообще-то, Катрия предала отца, а не мать, но об этом молчок, и уже я сдала заговорщиков. Зато мою «барахлившую» магию смерти придворные и прислуга имели честь, вернее, несчастье, наблюдать периодически.

"Сегодня князь совершенно неожиданно, причем для всех, в том числе и для меня, приказал присутствовать на совещании. А ведь Катрию ни разу не звали. Вот и сидела я, скучающим памятником самой себе, делая вид, что слушала, и скользя полуприкрытыми глазами по местным государственным деятелям, солидным и заслуженным. Потом остановила взгляд на беломраморной статуе Белой Эйты в углу, украшавшей помпезный зал заседаний.

Но лично меня заинтриговало, что, в отличие от земной сказочной сущности, вовсе не считавшейся богиней, здешнюю Госпожу Смерть изображали не старухой с косой, а скорее богиней правосудия. Красивой, печальной женщиной в строгом одеянии, державшей в изящных руках весы с белой и черной чашей. Причем черная глубже, в жутковатых потеках и багряных каплях, поэтому невольно цепляла взгляд и вызывала безотчетный страх.

Краем уха я слушала скучный чиновничий бубнеж в стиле «денег нет, но вы держитесь», но, наверное, при виде Смерти слишком отчетливо вспомнила как умирала с подругами в шахте лифта, потом – как проходила инициацию в чужом теле, билась в агонии… Нет, лучше не думать об этом! Скоро месяц на Хартане, а все еще казалось, словно видела кошмарный сон. Жаль только, наяву и нельзя проснуться.

Я создала магический аркан и отправила его к столику у стены с бокалами и резным кувшином с водой, замаячившему как оазис в пустыне. Вот что бы не поставить водички каждому заседателю персонально? К сожалению, даже при полной синхронизации с чужой памятью, без годами наработанных навыков, как пользоваться магией, я знала лишь теоретически. Но я слишком сильный темный маг, хоть уже и не маг смерти, что является высшей ступенью среди темных.