Лиса в аптечной лавке

Насколько я успела заметить, побывав сегодня в полудюжине гостиных, сидеть здесь полагалось прямо, не касаясь спинки, ровно поставив ноги, и поза Ксандера, гостя, выглядела откровенным хамством.

Люция вскрикнула и схватилась за сердце. Ксандер ухмыльнулся."

"– Так что не пугайте мать, Айгор. Принесите письма, я дам вам антидот, на том и простимся. Я буду просто счастлив, если мне больше никогда не придется лицезреть вашу физиономию.

– Но вы сами пили это вино!

– Разумеется. – Ксандер пожал плечами с таким видом, словно никак не мог поверить в дурость собеседника.

 – Не настолько же я глуп, чтобы дать повод для подозрения. Или заранее не позаботиться, чтобы яд на меня не подействовал.

– Предательница! – прошипел Айгор, уставившись на меня.

Я настолько оторопела, что не смогла даже спросить, при чем тут я. Только и сидела, ошарашенно хлопая глазами. Ксандер в самом деле отравил вино? В самом деле?! Знал, что Люция не будет его пить и никто, кроме Айгора, не…

А я?! Я-то тоже пила это проклятое вино!

– Алисия ничего не знала, – сказал муж.

 – Повторяю, я не настолько глуп, чтобы доверять свои планы женщине.

– Ну спасибо! – только и смогла произнести я.

– Всегда пожалуйста, дорогая, – лучезарно улыбнулся он.

Люция ахнула.

– Но она пила это вино!

– Да, – спокойно согласился Ксандер. – И, боюсь, на женщину яд подействует быстрее.

Я хватанула ртом воздух, в который раз за последние пять минут напрочь забыв все слова, а муж накрыл своей ладонью мою.

– Прости, Алисия, но церемониться ни с тобой, ни с твоим любовником я не буду.

Что? Он же прекрасно знал, что…

По нервам от кисти к плечу пробежало едва заметное тепло, сбивая меня с мысли. Ксандер продолжал:

– Сердечко уже колотится, правда?

Пропади оно все пропадом, сердце и в самом деле забилось! От волнения? Или от яда?

– Вижу, что колотится. – Он улыбнулся вроде бы даже сочувственно.

Айгор схватился за грудину. Ксандер, выпустив мою руку, обернулся к нему.

– Сердце будет биться все сильнее, пока не замрет на спазме.

Может, через четверть часа, а может, и через полчаса. Не дольше. Подумайте. Ваше упрямство обойдется вам в полчаса страха в ожидании агонии. К тому же покойникам письма ни к чему.

– Да я и пальцем ее не трогал! – завопил Айгор. – Поцеловал пару раз, и все, с кем бы эта ш…

– Придержи язык, – сказал Ксандер, и Айгор заткнулся, словно звук выключили.

Я заставила себя вдохнуть, потерла грудину, точно это в самом деле могло успокоить сердцебиение.