Измена. Избранная для дракона (СИ)

Что она скажет? Обвинит меня при всех? Откроет позорную правду о том, как из-за меня погиб Освальд? Накричит? Устроит скандал? Что?

Если б могла, я бы, наверное, трусливо сбежала, затерялась между гостей, но бежать поздно. Расстояние между нами неумолимо сокращается.

Каждый её шаг отдаётся ударом в сердце. Сейчас в самую пору опрокинуть в себя залпом игристое, как это сделала недавно та девушка, но я даже пошевелиться не могу, застываю, словно в кошмарном сне. Руки будто не мои, ноги тоже.

Исида чуть старше меня, на ней жёлтое платье из плотной парчи, лицо обрамляют тёмно-каштановые кудряшки.

Мысли суетятся в голове, их сложно ухватить.

Она ненавидит меня! Ненавидит! Боже! Что сейчас будет?

Я накрутила себя до предела и ожидаю чего угодно, кроме того, что происходит. Лицо Исиды озаряет искренняя улыбка:

– Эйвилин! Драконий Бог! Наконец-то! – она тепло обнимает меня у всех на глазах, а я от неожиданности едва не роняю бокал из ослабевших пальцев.

Отстраняется, обеспокоенно смотрит на меня, продолжая поглаживать мои плечи:

– Как ты, моя дорогая? Я так переживала! Столько навалилось на тебя одну! Лорд Корфас убедил меня, что о вас с Сэймуром позаботятся, и что беспокоиться не о чем. Но я всё равно собиралась навестить тебя в столице, а здесь всё так удачно сложилось! Ну, как ты, вообще? Держишься?

– Исида…

Сглатываю ком в горле, в носу начинает щипать от нахлынувших воспоминаний, от встречи, к которой не была готова, да и просто от нервов, наверное.

– Эйвилин? Ты чего это? – ахает она, быстро оглядывается назад, затем склоняется ко мне и шепчет на ухо. – У тебя всё хорошо?

Отвожу глаза и киваю. Музыка становится громче, суета вокруг усиливается. Все готовятся к какому-то быстрому танцу. Ищут пару. Избавляются от пустых бокалов. Смеются.

– Идём, подышим воздухом? – Исида мягко увлекает меня за собой в сторону приоткрытой двери, ведущей на террасу.

Шум голосов и звуки музыки остаются за спиной. Стеклянная дверь словно отрезает нас от остального мира. Стемнело. Сегодня непривычно тепло для последних дней. Трещат цикады. По краям террасы расставлены круглые магические светильники. Пахнет ночным лесом и немного – остатками вишнёвого табака от чьей-то сигары, тлеющей в коричневой глиняной пепельнице в углу.

Из-за старого раскидистого дуба показывается бледно-жёлтый диск луны.