Легкие шаги безумия

– Это ж надо, – покачала головой Зоя Даниловна, – ни за что бы не дала. На вид девочка совсем. Не страшно тебе убийцу-то искать?

– Страшно, – улыбнулась Лена, – очень страшно. Но, если не найду, будет еще страшней.

«А я действительно ищу убийцу? – спросила себя Лена, выходя из калитки в заснеженный двор. – Да, ищу. И мне действительно очень страшно».

Фонари не горели. Улица была пуста. Лена огляделась, надеясь все-таки увидеть Сашину машину. Она даже не помнила, в какую сторону идти. Она уже хотела было вернуться в дом и спросить Зою Даниловну, как лучше добраться до старого центра, ходят ли автобусы, но тут услышала тихий автомобильный сигнал.

* * *– Она была у матери Слепака.

– У кого?!

– У матери Василия Слепака. Просидела там три часа.

– А потом?

– Потом я отвез ее в гостиницу.

– О чем говорили по дороге?

– Она спрашивала, не знаю ли я случайно, где находится психдиспансер, обслуживающий район Малой Пролетарской.

– Ты спросил зачем?

– А как же! Она мне все с чистыми глазами объяснила. Сказала, что недавно переводила для своего журнала статью какого-то американского психолога о серийных убийцах. Очень заинтересовалась этой темой. Хочет сама написать что-нибудь. А у нас, мол, в Тюменской области, в начале восьмидесятых был какой-то серийный псих, убивавший девочек.

– Да, очень ты меня удивил… Очень. А как насчет «хвостов»?

– Вроде нет. Но все еще впереди, если она будет продолжать в том же духе. У нас любопытных не любят.

– Сам-то что думаешь?

– Рано пока думать. Вы там через свои каналы посмотрите все, что есть, не только по Слепаку, но и по отцу его. А я по своим каналам поработаю. На всякий случай.

– Слепак-старший был тем самым маньяком, который в свое время фигурировал под именем Тихий.

– Ну, память у вас!

– Не жалуюсь. Но в архив схожу. На всякий случай. У тебя пока все?

– Вроде да.

– Вроде или точно?

– Понимаете, мать Слепака перенесла инсульт одиннадцать лет назад. У нее ноги парализованы и с головой не в порядке. Там, правда, еще тетка есть, сестра матери. Но из нее клещами слова не вытянешь. Говорят, тоже не в себе старуха.