Леди Валентайн

Мне ни к чему такая опасная вещь.

— Документы уже переданы моему начальству, — Эллингтон наклонился вперед, пытливо заглядывая мне в глаза. — Но мне нужно от вас не это, миледи.

— Тогда что?

— Содействие, — ответил он моментально. — Ваш отец никогда до этого не работал с преступным миром. Он не мог выйти на всех этих покупателей и продавцов самостоятельно. Кто-то ему помог. И мне необходимо знать, кто именно.

— Я понимаю, — потерев внезапно замерзшие руки друг о друга, я мельком глянула на почти потухший камин. Капитан перехватил мой взгляд, а потом встал и подкинул дров, кочергой перед этим разровняв угли.

 — Спасибо, — поблагодарила я, вслушиваясь в треск разгорающихся дров. — С покупателями понятно, — заговорила я спустя некоторое время. — Но как быть с продавцами? Из всего вами сказанного, я поняла, что украденную коллекцию все это время где-то прятали. Сейчас, спустя столько времени, решили, что никто ничего искать не будет и начали потихоньку распродавать. А, все понятно. Продавцы просто подставные люди.

— Вы правильно поняли, — сказал Эллингтон тихо. — Нынешний владелец коллекции просто не желает, чтобы о нем кто-то знал, поэтому продает артефакты через подставных лиц.

— Вы ведь можете схватить их и допросить, — сделала предположения я. — Они ведь должны знать человека, у которого получили артефакты.

— Конечно, мы это сделаем, — Эллингтон подошел ближе и встал зачем-то за моей спиной, слегка меня этим нервируя. — Вот только я больше чем уверен, что никто из них не сможет сказать ничего вразумительного.

— Разве такое возможно? — спросила, немного повернув голову. При этом я старалась сильно не нервничать.

— Не забывайте, что существует такие маги, как менталисты.

— Они работают с разумом? — заинтересовалась я, старательно не обращая внимания на то, что капитан по-прежнему зачем-то стоит позади.

— Да. Могут внушить неподготовленному человеку, что угодно, — проговорил Эллингтон вкрадчиво.

— Например, заставить отца поверить, что его дочь — копия давно умершей, но горячо любимой женщины, и ему лучше не встречаться с этой дочерью, иначе может случиться, что угодно, — предположила я.

— Миледи, вам когда-нибудь говорили, что вы необычайно умны? — спросил капитан, а потом всё-таки показался на глаза.

— О, вы мне льстите, господин капитан, — ответила с улыбкой, ощущая легкую дрожь. Невыносимый человек. То говорит о серьезных вещах, то начинает открыто флиртовать.

— Ничуть, — отмахнулся Эллингтон, и сел снова в кресло. — Я просто говорю правду.