Лед твоих объятий

 – Лорд Кимли, к сожалению, я вынужден отвлечь вас от прекрасного зрелища.

– Что-то случилось?

– Лорд Феради желает обсудить с вами пару вопросов.

О, старый лис снизошел до личной беседы? Это интересно.

Он задумчиво обвел глазами зал, невольно отмечая, как смотрят на Ребекку молодые сотрудники дипмиссии, и небрежно произнес:

– Идемте. Не будем подвергать испытаниям терпение лорда Феради.

Он бросил последний взгляд на жену и отвернулся, испытывая глухое раздражение.

Узкие коридоры петляли, уводя в самое сердце дворца, впереди уже показались личные покои древнего мага, а он все никак не мог сосредоточиться на предстоящем разговоре.

Неделя, проведенная в ее обществе, не прошла даром. Слишком много впечатлений. Ребекка была повсюду. Дома и в посольстве, в саду, где он любил гулять, и в библиотеке, в которой он пытался уединиться. Утром, вечером, ночью. Она все время оказывалась рядом, а он… Он все острее чувствовал плотское желание. Проклятое плотское желание.

Нет, разумеется, он не позволил себе прикоснуться к супруге. Не смог. Побоялся воскресить мрачные тени прошлого. Хотя не так. Касаться-то как раз приходилось очень часто. Ремонт затянулся, Ребекка жила в его покоях, и он постоянно натыкался на нее в своей кровати. Ноги, грудь, тонкая талия… Он уже прекрасно знал свою жену на ощупь. Сколько раз просыпался, держа ее в объятиях? А еще эти невесомые тряпочки, которые она выдавала за сорочки. Они ничего не скрывали, скорее наоборот.

Проклятье! Нужно поторопить рабочих! Сколько можно возиться с идиотскими водопроводными трубами?!

– О, лорд Кимли! Рад, искренне рад встрече!"

"Феради поднялся с дивана и отложил трубку шайрана.

– Приветствую, лорд Феради. Похоже, над главой хроносской разведки годы не властны.

– Не нужно лести, Себастиан, – устало отозвался Джерад. – Годы ни для кого не проходят бесследно.

– Зачем звал?

Он не стал разводить политесы. Зная хронов, предпочитающих долгие беседы ни о чем, специально решил сразу перейти к делу.

– Все так же порывист, как и раньше, – вздохнул Джерад Феради.

– А ты все так же медлителен и скрытен.

Он опустился на широкую оттоманку и закинул ногу на ногу.

– Знаешь, Тиан, а ведь я часто тебя вспоминал, – усмехнулся Феради. Протянув худую, жилистую руку, хрон взял с подставки трубку и сделал глубокую затяжку.