Лед твоих объятий

Проклятый Кимли! Из-за него мне приходится врать Тэй.

– Странно как-то, – задумчиво заметила Тэй. – Мне показалось… О, привет, Гарри, – отвлеклась она на подошедшего Рэнскома.

– Что, красавицы, тоже отбываете эту глупую повинность?

Веселый возглас приятеля спас меня от лишних вопросов Тэй.

– Гарри! – Я повернулась к другу и радостно улыбнулась.

– Что, малышка? – усмехнулся тот.

– Ты что здесь делаешь?

– То же, что и все, – скривился Рэнском. – Знакомлюсь с герцогом Эшерским, дорг его побери.

Недовольство Гарри было мне понятно.

– Неужели не мог не прийти? – спросила Тэй.

– Отец уперся. Сказал, что этот тип очень влиятельный и я просто обязан ему представиться.

– И что? Представился? – Я усмехнулась.

– Да ну его! Глыба льда, а не человек, – отмахнулся Гарри. – Он на меня даже внимания не обратил. Посмотрел, будто я пустое место, и продолжил трепаться с аверейцами.

– Пустое место, говоришь?

Я задумчиво покосилась на Кимли, потом перевела взгляд на друга, и у меня появилась идея.

Остаток вчерашней ночи я провела за чтением старинных книг, пытаясь найти способ избавиться от кровного обряда, но ничего не нашла. Видно, прав был Ричард, когда говорил о неразрывности таких союзов. Выход был один – выставить себя в настолько плохом свете, чтобы Кимли сам не торопился афишировать наш брак.

«Папа, прости», – про себя шепнула я и, схватив Рэнскома за руку, направилась в центр залы.

– Бекки, ты что задумала? – напрягся друг.

– Хочешь повеселиться? – Я посмотрела Гарри в глаза.

– О, узнаю этот взгляд! – рассмеялся Рэнском. – Что на сей раз придумала?

– Да так. Мелкую диверсию. Потанцевать хочешь?

– И нарушить протокол приема? А что? – взбодрился Рэнском. – Не откажусь! Давай, детка, расшевелим это благопристойное болото.

Он усмехнулся, и на лице его застыло хорошо знакомое мне выражение. Именно с ним он всегда шел на самый крутой вираж.

– Ваше величество, а танцы сегодня будут? – громко спросила я, останавливаясь неподалеку от Ричарда. Император разговаривал с леди Кран-Вишем, матерью покойной императрицы, и взглянул на меня с плохо скрытым недовольством. Еще бы! Прервать беседу монарха, как невежливо!

– Леди Ребекка, вы хотите что-то предложить?

Надо же, дядюшка Дик решил не заострять внимания на моем неприличном поведении.

– Да, ваше величество, – улыбнулась я.