Лед твоих объятий

– Я люблю тебя, Бекки, – оторвавшись на миг, серьезно произнес он. – Прости, что не говорил этого раньше.

Ему всегда с трудом давались любые признания, вот и сейчас он не смог обставить все так, как было необходимо, – красиво, романтично, с долгими нежными речами, подарками и цветами. Но одно он собирался сделать прямо сейчас. Достав из нагрудного кармана перстень своей матери, он посмотрел на раскрасневшуюся жену и спросил:

– Ребекка Фредерика Гринделл-Кимли, ты примешь это кольцо, как знак моей любви и верности?

Фраза из старого обряда отозвалась в душе острым волнением.

– Себастиан Рональд Кимли, – в тон ему серьезно ответила Бекки, – я приму твое кольцо в знак того, что разделяю твою любовь и обещаю хранить тебе верность."

"Он решительно надел колечко на средний палец ее левой руки и почувствовал, как душу захлестнуло ликующей радостью. Все встало на свои места, и он впервые почувствовал, что Бекки – его.

Он принялся нежно целовать жену, но очень скоро нежность уступила место страсти, и тишину кабинета нарушили тихие стоны Ребекки.

Он не смог последовать собственным разумным решениям. Мысль о том, что, возможно, это последний раз, когда он видит жену, желание хотя бы напоследок признаться в своих чувствах – не словами, нет, поцелуями, прикосновениями – заставило его забыть о благоразумии.

– Бекки, я люблю тебя, – вырвалось у него на пике страсти.

И он почувствовал, как рванулась навстречу жена, как прерывисто вздохнула и тихо простонала:

– Я люблю тебя, мой невозможный муж.

Ребекка Гринделл

Я сидела на садовой скамье и гладила Шанти. Мой зверюга млел и подставлял то голову, то бока, стремясь получить как можно больше ласки.

– Что, малыш? Думаешь, с Тианом все будет хорошо?

Арс заурчал и ткнулся лбом в мою ладонь.

– Да?

Шанти басовито тявкнул и перевернулся на спину. Мне бы его уверенность.

Вчера, когда Тиан сказал те слова о любви… Почему-то мне показалось, что он со мной прощался.

Тиан не стал посвящать меня в подробности происходящего.

– Все будет хорошо, Бекки, – твердил он на все мои расспросы. – Не думай о плохом.