Леди-мафия

И она, похоже, это хорошо понимает. Стоит смущенная, в глазах тревога...

Ирина ощутила восторг победы... Да, она лучше и всегда будет для Артема лучше всех.

– Я тоже рад встрече... – не отрывая от нее глаз, ответил Артем.

– Я спросить тебя хотела...

– Спрашивай.

– Ты о Вадиме что-нибудь знаешь? Что с ним? Почему пропал? Никаких вестей от него нет.

– Это плохо... – сразу же помрачнел Артем.

Или ему неприятно было услышать о сопернике, или с Вадимом случилась беда.

– Рассказывай... Ты что-то знаешь, я чувствую.

"– Где Вадим сейчас, я не знаю. Но мы вместе выходили из Афгана. Я ведь тоже там был и снова оказался неподалеку от него, – казалось, Артем нарочно тянет время.

– Значит, все в порядке. Вы вместе вернулись с войны... И где же Вадим сейчас?

– Вадим подорвался на противопехотной мине...

Как будто точно такая же мина разорвалась сейчас под Ириной. Она побледнела, вздрогнула, покачнулась. Солнце грело жарко, со всех сторон ее овевал теплый воздух, но она почувствовала себя так, будто оказалась на сорокаградусном морозе.

– Ирина, да ты не волнуйся, жив твой Вадим, – поспешил успокоить ее Артем. – В Ашхабад, в госпиталь его отправили. Тяжелый он был, не думали, что выживет. Но вроде выжил...

– Почему «вроде»?

– Из Ашхабада его куда-то дальше отправили. Все еще никакой был...

– Куда дальше?

– Каюсь, Ирина, этого я не знаю, – он смущенно отвел взгляд.

– Почему ты не знаешь?

– Да дела закрутили, знаешь их сколько было... Да и не в моем взводе он тогда служил.

– Как мне его найти?

– Попробуй на Ростов выйти. Туда скорее всего он отправился...

* * *Вахтанг Кобидзе, он же вор в законе по кличке Сова, принадлежал к элите воровского мира. Даже более того, он по праву считал себя представителем потомственной воровской аристократии. Дед его был вором. Отец был вором. И он сам вор.

С детства карманными кражами промышлял. Это только кажется, что карманники ничего серьезного из себя не представляют. Нет, карманники – это воровская элита.

Вором в законе он стал после четвертой ходки. За сорок ему уже перевалило, когда его короновали. Он стал крестником самых авторитетных воров Союза.

В последнее время Сова постоянно проживал в Москве. Не так чтобы уж очень нравился ему этот город, но многое на нем завязано, отсюда тянется всемогущая рука воровского синклита.