Кукла для (дочери) дракона

Мысли стали складываться в пазл, и меня словно осенило:

— Значит, не хочешь признаваться в своем желании, которое очевидно? — шептал я себе под нос. — Хорошо. Тогда стоит тебя помучить, дабы услышать заветные слова.

Хочу услышать, как Катарина будет умолять, чтобы я взял ее. Сгораю от желания прикоснуться к ее губам и наконец, углубить поцелуй, показывая, какую власть имею над ее телом. Никак не могу совладать со своими фантазиями, где я неистово двигаюсь в теле Катарины, ощущая подступающий оргазм. И пусть на данный момент это просто мечты, но для меня нет ничего неосуществимого.

Прищурившись, повернул ладони, призывая родовую магию. Вмиг из рук стало литься голубоватое свечение, покрывая стены купальни. Барьер, не пропускающий ни единого звука. Как раз то, что нужно в данной ситуации. Нельзя тревожить сон ребенка, а шуметь мы будем достаточно громко.

— Теперь сбежать точно не получится, куколка. Сегодня ты будешь моей!

Уверенной походкой зашел в комнату гигиены и забыл, как дышать. По волнующим изгибам девушки стекали струйки воды.

Они словно ласкали ее кожу, предлагая присоединиться и дотронуться до упругой попки, которая была повернута ко мне. Шумно сглотнув, подошел почти вплотную. Катарина не чувствовала моего приближения, продолжая неспешно растирать по коже пену. Но вот она замерла, наблюдая за магическим барьером, и тут же резко повернулась в мою сторону.

— Что вам нужно?! — зашипела девушка, скрывая волнение от моего присутствия.

— Знаешь, — начал я, замечая ее торчащие соски и плотно сжатые ноги, — сидя на полу и испытывая все муки ада после твоего удара, я понял одну вещь — ты так просто не дашься! Значит, нужно показать, чего я стою в постели, и уже потом спокойно сидеть в своих покоях, ожидая твоего прихода.

Потому что переспав со мной раз, ты уже не сможешь больше отказаться от такого удовольствия, — не обращая внимания на ее возмущение, скинул с себя рубаху и начал расстегивать брюки. — Кстати, можешь кричать, я поставил барьер, так что тебя никто не услышит. Только я.

— И что? Будешь насиловать, дракон? — злилась дикарка, учащенно дыша.

— Никогда этим не занимался и не собираюсь, — хмыкнул ей в ответ. — Ты сама будешь умолять о проникновении, куколка. Поверь мне.

Отшвырнув ногой в сторону брюки и носки, потянулся рукой к резинке трусов. Глаза Катарины смешно расширились, и я решил пока повременить с полным обнажением.

— Ты хочешь меня, — шептал словно змей-искуситель, гипнотизируя взглядом.

— Не хочу! — злилась она.