Кружевное убийство

Вариант номер два – поступить так, как собиралась еще тогда, в пятьдесят седьмом: отнести крест Софьюшке и рассказать все, как было. Пусть мудрая наставница решает, что делать дальше. В конце концов, крест был унесен именно из дома Брянцевых, так может, и правильно будет вернуть его туда, где началась вся эта история.

Тата представила немолодое, но все еще прекрасное лицо Софии. Вот та сидит перед пяльцами, щурится подслеповато, потому что ее уже частенько подводит зрение, перебирает пальцами коклюшки.

"Тата подошла к комоду, вытащила нижний ящик, где хранила нити для кружев, сколки и коклюшки, вытащила завернутый в тряпицу крест, развернула, пустив по комнате синие всполохи, и тяжело вздохнула. Если София продаст эту безделицу, то до конца дней своих сможет не сгибаться над пяльцами.

Тата снова вздохнула, понимая, что никогда и ни при каких условиях София не согласится оставить крест или деньги за него себе. Сорок лет назад это было невозможно для Петра Степановича, царствие ему небесное, а сейчас будет так же немыслимо для его дочери. Тогда что сделает София Петровна? Отнесет в православное приходское Братство при Благовещенской церкви, действительным членом которого является? Отдаст протоиерею Всеволоду Львовичу Сиземскому или церковному старосте Василию Никифоровичу Сидорову? Отправит на материальную помощь нуждающимся прихожанам Благовещенского прихода?

Скорее всего, наставница и старшая подруга именно так и поступит, вот только принять решение ей будет непросто.

Нет, не готова Тата подвергнуть мастерицу такому испытанию. Негоже будоражить ее покой, заставлять возвращаться мыслями в неприятные события прошлого, принимать решения, за которые никто, кроме самой Таты, не в ответе. А значит, к Софии идти нельзя и крест ей нести не нужно.