Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

– И конечно, они отказываются передавать нам эти документы и этих негодяев? – Сталин пристально взглянул на Василевского.

– Никак нет, товарищ Сталин, – ответил Василевский, – со слов капитан-лейтенанта Литовченко, который должен был, по первоначальному плану, захватить здание гестапо, все уже передано нашим компетентным органам. Правда, после составления подробнейшей описи… Товарищи из наркомата товарища Берии ходатайствуют о правительственных наградах для тех, кто сумел добыть эти документы.

– В таком деле, товарищ Василевский, бюрократия в разумных количествах не помеха, – сказал повеселевший Сталин, – как говорил Владимир Ильич, «социализм – это учет».

– Кроме осназа, кораблей и авиации, – сказал Василевский, – в операции была задействована их морская пехота. Четыре корабля в эскадре оказались носителями механизированных подразделений морского десанта.

Товарищ Сталин, представьте себе плавающий легкий танк, вооруженный одной стомиллиметровой пушкой и одной автоматической тридцатимиллиметровой пушкой. И, кроме всего прочего, он перевозит до отделения пехоты.

Двадцать таких машин – две роты – вышли на берег в курортной зоне западнее нашей полосы высадки.

Тогда же капитану 2-го ранга Буслаеву был предъявлен немец в генеральском мундире, которого «гости» представили как генерала пехоты Эриха фон Манштейна, командующего 11-й армии вермахта.

– Ничего странного, товарищ Василевский, – меланхолически заметил Сталин, – это их разведка поймала Манштейна, а не наша. Это их добыча, а следовательно, у них и право первой ночи.