Кровавый квартал

Ты слишком рано начал умолять о смерти. Хорошо, что ты не женщина. Они ведь выталкивают детей размером с арбуз. Хочешь, я принесу арбуз, Кит?

— Пожалуйста, не надо! — Заныл он.

— Умоляй еще. Мне нравится, — я улыбнулся, глядя прямо в глаза человеку, который причинил столько боли моей куколке. Сплюнув на конец свечи, я начал медленно, миллиметр за миллиметром, вкручивать ее в маленькое отверстие, растягивая его. Я наслаждался его криками, пока половина свечи не оказалась внутри. Кончик его члена выглядел жутко, как будто змея открыла пасть, чтобы проглотить добычу.

Кит заскулил и обмяк в цепях, когда я отпустил его член. Кровь капала на пол, но огонь свечи все еще горел, опасно наклоняясь в сторону его кожи. Джонни бросал взгляды через плечо, и я ухмыльнулся ему, похлопав Кита по щеке. Еще одно жалобное всхлипывание сорвалось с его губ, и я прижал палец к его рту.

— А теперь ш-ш-ш. Будь паинькой и заткнись, Кит, иначе я вдавлю свечу дальше, как обещал, — он яростно закивал, и я убрал палец.

Скрестив руки, я обошел его и встал рядом с Алорой.

— Покажешь мне, как пытать его и при этом не убить? — Спросила Алора, и я притянул ее к себе, прильнул губами к ее губам. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы не наброситься на нее прямо сейчас, пока мое тело требовало немедленно трахнуть ее на глазах у всех.

— Куколка, я покажу тебе все, что ты захочешь, — я поцеловал ее снова, пока у нас обоих не перехватило дыхание. Мое сердце было переполнено, но темные желания требовали своей «жертвы». Разница лишь в том, что теперь я хотел взять ее, засунуть член в ее киску, а не нож. — Я трахну тебя у той стены, как только мы закончим, — прорычал я. — Просто чтобы ты знала.

— А как насчет того, чтобы я трахнула тебя, пока Кейт будет заперт в гробу? — Сказала она.

— Куколка, можешь трахать меня где захочешь, как захочешь и когда захочешь, — ответил я. — Можно сначала вымазать тебя в его крови? — Она кивнула, закусив губу, и я простонал, желая уже вонзить нож в сердце Джонни, чтобы поскорее засунуть Кейта в гроб.

— Вы оба чокнутые, — сказал Джонни. Он не ошибся, но мы с Алорой были идеально чокнутыми друг для друга.