Крик филина

Так, слово за слово, между приятелями едва не произошла ссора, но в этот самый момент в отдел вошел Орлов в сопровождении трех незнакомых человек.

– А вот и сами одушевленные предметы спора, – успел шепнуть Журавлеву Ваня Заболотников, сидевший неподалеку на шатком колченогом стуле, и тотчас принял самый серьезный вид.

– Прошу любить и жаловать! – громогласно объявил Орлов и широким жестом величественно повел рукой в сторону гостей. – Наши доблестные сыскари… из самого, – он многозначительно поднял к потолку указательный палец, – знаменитого на всю страну МУРа.

"– Орлов, кончай дурить, – поморщился один из вошедших, держа под мышкой потрепанный коричневый портфель с оторванной ручкой. На внешность он был ничем не примечательный, разве что имел непривычный в этих стенах интеллигентный вид. На бледном вытянутом лице, которое еще больше удлиняла острая бородка клинышком, как у Феликса Эдмундовича Дзержинского, выделялись очки в тонкой металлической оправе, безмерно увеличивая толстыми линзами близоруко щурившиеся глаза, умные и проницательные.

– Начальник нашей оперативной бригады капитан Макар Копылов, – торжественно представил его Орлов.

Макар по-свойски, как будто не первый год уже был знаком с тамбовскими сыщиками, с деликатной осторожностью, очевидно не желая причинить коллегам нечаянной боли, поочередно пожал им руки.

– Между прочим, капитан Копылов является чемпионом Москвы по самбо среди сотрудников НКВД, – с видимым удовольствием сказал Орлов, увидев округлившиеся от удивления глаза Шишкина, – что, как вы знаете, расшифровывается как «самозащита без оружия».

Второй гость с кожаным потертым от старости чемоданчиком оказался человеком довольно хмурым и выглядел до того худющим, что про него безо всякого преувеличения можно было сказать – «в чем только душа держится».