Королева ульев

Тем более не подозревала, что сама когда-нибудь может стать ключом к их разгадке.

Течение её мыслей прервал какой-то крик снаружи. Встрепенувшись, малышка больно ударилась рожками о стенку комода и чуть не свернула на пол взятую тайком лампочку с огнешёлком. Успела подхватить лишь в последний момент и вздохнула с облегчением. Если подпалить материну книгу, то лучше уж и весь дом заодно, чтобы скрыть следы, – риск будет не больше.

Крик раздался снова, и она с любопытством высунулась наружу, но тут же спряталась обратно, прикрывая лампу крылышками – на кухне загрохотали тяжёлые шаги.

– В улье… изменник! – монотонно отчеканил материнский голос… но в то же время какой-то чужой. – Не дать… изменнику… уйти!

Сверчок затаила дыхание, перепуганная насмерть. С кем разговаривает мама? Почему она говорит так… странно?

Новые шаги… должно быть, Кузнечик, дома больше никого нет. Однако разговоров не последовало – обе драконихи тут же выбежали вон.

Приотворив дверцу, малышка выглянула снова. На кухне никого, но с улицы доносится топот множества драконов.

Сама улица выглядела как всегда, Сверчок летала по ней каждый день. Древокаменные стены, выложенные бирюзовой мозаичной плиткой, блестят в свете огнешёлковых фонарей. Аккуратно ухоженные садики тут и там, тротуар с линией из чёрных камушков, чтобы драконята не заблудились по дороге в школу и обратно.

"Однако вместо мирных и вежливых соседей, которые чинно прогуливались в это время, Сверчок увидела внизу настоящую армию, ощетинившуюся клыками и когтями. Выражение «массовые беспорядки» она узнала позже, когда подросла, но и оно не очень подходило: толпа на улице не бурлила, не шумела, а двигалась организованно и в зловещей тишине, окружая беглеца и методично отрезая ему все пути отступления.

Он скорчился в центре воинственного круга, прижав к телу полосатые чёрно-красные крылья.

– Отпустите меня! – В чёрных глазах его мелькнула мутная белизна. – Я никому не угрожаю, просто не хочу быть, как все.

– Не положено! – ответила размеренным хором драконья толпа.

Такие же странные голоса, как был у мамы… но не только.