Его тайная дочь

- Так когда ты собираешься объявить, что мы старые знакомые, которые вместе воспитывают общего ребенка? — нарочито громко спрашиваю я, поворачиваясь к нему лицом.

Брови Дымова недовольно съезжаются к переносице, и он напряженно сверлит меня взглядом. Я стоически удерживаю его, даже нахожу в себе мужества улыбнуться. Пусть он признал Танечку, но над моей жизнью он не властен, и отпугивать от меня мужчин я ему не позволю.

- Так значит, девушка свободна? — спрашивает Игорь, продолжая смотреть лишь на меня.

- Как вы уже слышали, меня и отца моего ребенка связывают лишь дружеские отношения, — отвечаю я и обхватываю руку Танечки. — Доченька, пойдем немного прогуляемся?

Танюша покорно встряхивает головой, и мы с ней, оставив мужчин, скрываемся в толпе. Мне хочется перевести дух. Та смелость, с которой я говорила с Андреем, мне не свойственна, но я в конце концов не вещь, которую он при желании может запросто объявить своей.

Подхватив стакан с соком с подноса официанта, я жадно пью.

- Ты тоже хочешь? — смотрю на дочку и окликаю парня снова: — Простите, а можно еще один стакан персикового?"

"В этот момент со сцены доносится какой-то шум. Оглянувшись, я вижу на ней Андрея. У меня даже дух перехватывает от того, как внушительно он смотрится, стоя рядом с микрофоном. Словно был рожден для того, чтобы произносить речи перед толпой людей.

- Дорогие гости, друзья, партнеры, — звучно произносит он, обводя взглядом гостей. — Спасибо, что удостоили своим присутствием сегодняшний прием.

Кто-то хлопает, кто-то благодарно кивает. Андрея здесь уважают и любят.

- Я не мастер произносить речи, но сегодняшний повод довольно весомый. У меня есть новость, которую во избежание досужих сплетен в средствах массовой информации, я решил преподнести лично.

Мое сердце стучит как сумасшедшее. Боже… Он собирается говорить о нас с Танечкой… Так официально. И начинает стучать еще сильнее, когда Дымов находит меня глазами.

- Юля, — его голос звучит ласково.

Я ловлю на себе удивленные взгляды оборачивающихся людей и, сжав ладошку дочери, быстро иду к сцене. Андрей не сводит с меня взгляда и терпеливо ждет.

Я задыхаюсь от волнения. Кажется, в жизни так не нервничала. Я никогда не стояла на сцене. Ни разу и тем более по такому поводу.

Он протягивает мне ладонь и помогает подняться. Гладит по голову нашу дочь и, подхватив ее на руки, возвращается к микрофону.