Королева Хальдора

Не позволю так с собой обращаться! Никто не смеет что-то делать со мной, не спросив на то моего согласия.

И мне плевать, кто это.

Да хоть сам король!

Я выдохнула, резко отпуская магию. Поначалу мне показалось, что все бесполезно и она куда-то по-прежнему утекает, но потом я всем телом ощутила перемены. Меня отпустили и вернули подвижность.

Схватившись почему-то за горло, я резко выпрямилась, понимая, что комната буквально наполнена моей магией, отчего в спальне было светло, как днем.

Торопливо выбравшись из кровати, я встала посередине, дыша загнанно, будто только что бегала по лестницам.

Подбежав к окну, рывком отодвинула штору, но лишь смогла убедиться, что все заперто. Я обошла все комнаты, но все выглядело так, будто никого здесь не было.

Усевшись в кресло, я обхватила себя руками и прикусила щеку изнутри.

Если в комнату никто не заходил, то...

Может, мне показалось? О да, конечно, я еще с ума не сошла, чтобы такое вообразить по собственному желанию.

Вариантов два.

Возможно, ко мне всё-таки кто-то сумел пробраться. Вскочив, я вернулась в спальню и проверила ее еще более тщательно. Даже под кровать на всякий случай заглянула, но никого не нашла. Значит, если тут был кто-то живой, то успел скрыться.

Второй вариант меня пугал даже сильнее первого. Птица. Она ведь тоже была материальной. А что может помешать тому, кто приходил (прилетал?) к нам в имение, воплотить свою силу не в виде птицы, а в виде человека? Возможно, есть какие-то правила или ограничения, а может, их и нет.

Если верен второй вариант, значит, только что тут был... король? Зачем это ему, если уже совсем скоро я окажусь в его постели? Ну, мало ли, вдруг ему нравится что-то подобное, кто его знает.

Поежившись, завернулась в одеяло и отползла к самому изголовью. Магия уже развеялась, поэтому комната лишь слегка светилась, но свечение это постепенно угасало.

Уснула я только под утро, сама не заметив, как провалилась в сон.

Пришлось срочно брать себя в руки и приниматься за наведение красоты. Предстать перед мужем растрепой с синяками под глазами и помятым лицом совершенно не хотелось.