Командор войны

— Даже после того, как ты построишь Аркан, максимум, что они смогут сделать, — предъявить тебе официальное обвинение и ждать реакции Ордена. Уверена, что великий магистр не захочет терять своего командора. — Кара наконец-то оторвала взгляд от пруда, и ее фиалковые глаза переместились на рыцаря. — Я не вижу причин, которые помешали бы тебе выполнить нашу договоренность, командор.

Она была спокойна и уверена. Она знала Богдана лучше, чем он сам изучил себя за все свои сто четыре года.

— Я выполню наш договор, — медленно произнес рыцарь.

— И… — улыбнулась женщина.

На скулах командора заходили желваки:

— Я хочу попросить об услуге.

— Я слушаю.

— Прикрой меня во время Аркана. Прикажи морянам окружить Престол Силы.

Теперь помолчала Кара.

— Где это произойдет?

— На Воробьевых горах. Сегодня в шестнадцать. — Богдан вздохнул. — Я не смогу одновременно строить Аркан и защищаться.

— Хорошо. — Фиалковые глаза не врали. — Обещаю, что выполню твою просьбу.

— Договорились.

Богдан открыл барсетку и передал женщине массивный золотой браслет, принадлежавший когда-то фате Маре.

* * *Книжный магазин Генбека Хамзи.

Москва, улица Арбат,

16 сентября, суббота, 14.09

Колокольчик весело звякнул, дверь распахнулась, но, прежде чем войти, Сантьяге пришлось посторониться, пропуская на улицу стройную светловолосую девушку с красными, но уже сухими глазами.

— Заходите ко мне, Лариса, буду рад вас видеть! Не забывайте старика!

Девушка задержалась в дверях и кивнула:

— До свидания, Генбек, спасибо!

— Ну что вы! — Шас посмотрел на комиссара, и его сморщенное лицо расплылось в приветливой улыбке.

— Не все так плохо, Генбек. — Комиссар вошел в магазин и кивнул вслед ушедшей девушке. — Постоянная клиентка?

— Пыталась меня ограбить.

— Неужели вытащила пистолет?

— Навела морок.

— Ужасно, — вздохнул нав. — Никакого уважения к частной собственности.

— Меня смущает другое, — продолжил философски настроенный Генбек.

— Напротив, у челов слишком развит инстинкт самосохранения, — не согласился Сантьяга. — Это не склонность к суициду, а обычная паранойя. Они видят угрозу везде, во всем.