Командор войны

Утром он тщательно допросил охрану, лично проверил работу сигнализации и видеокамер, но не нашел никаких следов вторжения. Все это было похоже на кошмар, но кровавый синяк, имеющий форму подошвы мужского ботинка, не проходил две недели.

Два ребра были сломаны, а еще в трех обнаружились трещины.

А Егор Бесяев вернулся из-за границы и через полтора года стал вице-президентом «Тиградком».

— Чего замолчал? — Нефедов поудобнее устроился в кресле. — Может, кашлянем Вахтанговым терпилам? Заясним, что это не мы.

Нытик опомнился и снял с носа очки — стекла запотели:

— Повар, кто из отбойщиков сейчас в офисе?

— Кудрявый.

— Пусть возьмет ребят и доставит ко мне Серебрянца.

— Какого Серебрянца? — удивленно вытаращился Нефедов.

— Кудрявый знает, кто это. Просто передай ему, чтобы доставил ко мне Серебрянца.

— Зачем?

Нытик довел стекла до идеальной чистоты, но возвращать очки на нос не торопился:

— Он мне нужен."

"— А Чемберлен? А пацаны Вахтанга?

— Этим скажем как есть — мы непричастны.

— А может, стрелку им забьем? Момент, в натуре, центровой! Предъявим этим оленям ситуацию в лучшем виде и…

— Не спеши быковать, Повар, — задумчиво протянул Нытик. — Момент, в натуре, тухлый, главное — не наломать косяков. А пока распорядись, чтобы мне доставили профессора Серебрянца.

* * *Москва, улица Яблочкова,

16 сентября, суббота, 11.23

К радости Корнилова, у подъезда дома еще не успели появиться журналисты, которых, безусловно, заинтересовало бы присутствие начальника отдела специальных расследований на месте заурядного преступления.

— Майор Корнилов?

Андрей обернулся. На тротуаре, напротив его машины, стоял пожилой мужчина в недорогом потрепанном костюме, не очень свежей рубашке и дешевых ботинках.

— Вы — майор Корнилов?

— Мы знакомы?

— Профессор Серебрянц, — слегка поклонился мужчина, — Лев Моисеевич Серебрянц, простите, не знаю вашего имени отчества.

— Андрей Кириллович.

— Очень приятно, Андрей Кириллович, мы можем поговорить?

— Это надолго?

— Как получится. Надеюсь, я сумею вас заинтересовать.

— Ну попробуйте. — Корнилов отошел в тень и закурил.