Командор войны

Мы с ребятами еще пошутили, что дом только с виду обычный, а внутри, наверное, дворец. Можно еще сигаретку?

— Запросто.

— Спасибо.

— На здоровье.

Михаил Александрович хмыкнул и закурил."

"— Они внутри не очень долго пробыли. Вышли, наверное, через час, ну, максимум, через полтора, и уехали. Проходит еще время, подъезжает такси, и выходит оттуда еще одна девица. Тоже чернявая, но скуластая такая, восточная, волосы чуть не на всю спину, длинные, одета тоже в черное. Юбочка еле, извините, трусики прикрывает.

 — Бригадир снова причмокнул. — Выходит, значит, из такси, презрительно так через камень ножки переставляет, и тоже в этот дом. Тут уж у ребят одни разговоры про этих, извините, девиц, работы, сам понимаешь, никакой. А как тут работать? Я, конечно, ругаюсь на них и вдруг слышу: «ту-ту-ту». Пауза, и снова: «ту-ту-ту». Дробь такая с той стороны дома. В общем, я сразу почувствовал, что это стрельба. Не понял, конечно, я до сих пор стрельбы никогда не слышал, почувствовал. А через минуту дверь в подъезде чуть с петель не сорвалась. Выбегают трое: две девицы, одна как раз та, в черном, и парень с ними. Прыгают в «Круизер», разворачиваются поперек улицы, Ваську вон чуть не задавили, и вперед! Машины подрезали — только тормоза визжали. А потом вы приехали.

— Тех двоих опознать сможете? Парня и вторую девицу?

— Девица вроде светленькая, невысокая такая, а парень… — рабочий покачал головой.

 — Коротко стриженный, а больше ничего не скажу — очень уж они быстро уехали.

— И опознать не сможете?

— Вряд ли.

— Ну ладно. — Андрей помолчал. — Вы здесь до вечера?

— До вечера.

— Тогда я подошлю кого-нибудь к вам снять показания.

— Присылай, — согласился бригадир.

— Спасибо за помощь.

На четвертом этаже было так же многолюдно, как перед подъездом, но в основном от полицейских, которые заблокировали площадку и тщательно следили, чтобы потревоженные жильцы не мешали работе экспертов.

Первый, кого повстречал Корнилов, выйдя из лифта, был капитан Углов, начальник убойного отдела местного полицейского участка. Плотный краснолицый мужик лет сорока, он явно собирался уходить, но, увидев Андрея, остановился и холодно проворчал:

— Рад встрече.

— Взаимно, — не менее недружелюбно ответил Андрей.

Корнилову не часто, но все-таки доводилось встречать подобное отношение к своей персоне.