Колючка в Академии Магии

В этот самый момент Адриан раскрыл руки, и я, чувствуя, что меня потряхивает от переизбытка эмоций и магии, шагнула к нему и уже через секунду очутилась в его объятиях.

Уж и не знаю, зачем я это сделала!..

Похоже, это было инстинктивный, не имевший никакого отношение к разуму порыв. После нашей победы я ослабила самоконтроль, охваченная ликованием и пониманием того, что меня снова… били-били, но не убили.

Еще и сыграло на руку то, что мы с Адрианом показали себя отличной командой – настолько слаженной, что за несколько минут справились с деканом Драконьего факультета.

Или же решение принял кто-то внутри меня, толкнув в чужие объятия, в которых на миг я почувствовала себя полностью защищенной?

Я вдохнула чужой запах, ощутила твердость мужского тела, почувствовала сильнейшую магическую вибрацию драконьего дара, и это было приятное чувство.

Но тут вмешался голос разума и задал вполне резонный вопрос.

Что я вообще творю, спросил он у меня. Почему я… обнимаюсь с Адрианом Ивартом?!

Такого не должно быть, ведь Брук Саммерс и драконы далеки друг от друга.

Стою в его объятиях, он прижимает меня к себе, и это нисколько не походит на дружеский жест, потому что Адриан еще и зарылся в мои волосы, и я чувствовала, как бешено колотится его сердце?

– Когда вы закончите обниматься, – разнесся по коридору холодный, даже ледяной голос Даррена, – то будьте добры объяснить, что здесь произошло! На первый взгляд это выглядит как случай драконьего бешенства у декана Эсгарона.

Мне почему-то показалось, что Даррен не отказался бы узнать истинную причину наших объятий с Адрианом, а вовсе не то, по какому поводу съехала крыша у Ариуса Эсгарона."

"Напрямик этот вопрос он задавать не стал, но я чувствовала его давящий взгляд.

Тут кто-то из подоспевших лордов-попечителей снял заклинание молчания со рта декана Эсгарона, и тот сразу же продемонстрировал свое драконье бешенство во всей своей красе.

Не он один – Адриан Иварт продолжал демонстрировать свое упрямство, потому что я попыталась выпутаться из его объятий, но он меня не отпустил.

А на заднем фоне буйствовал, изрыгая проклятия, Ариус Эсгарон, обвиняя Адриана в предательстве, а меня в том, что я вообще существую.