Хозяйственная история графини Ретель-Бор

 — Как же она была напугана, раз дар пробудился… Подлый пёс этот Зерран! Я уверена, что слова его о родстве с графом Ретель-Бор — чушь собачья!

— Наши мысли совпадают, Ульена.

— Покажи мне доказательства, о которых она пишет, — просит супруга.

Конан отдаёт ей копии.

Женщина внимательно читает, и лицо её темнеет и становится ещё более хмурым.

— Право слово, Конан, нет сомнений, что приказы отдавал Зерран, но доказательства эти обезличенные.

— Я верю, что Его Величество, получив письмо, примет правильное решение и отправит в графство своего представителя для разбирательства.

— Ты должен помочь нашей дочери, Конан. Раз графство бедствует, то Изабель тоже.

— После вступления в брак с Астером, я отложил кое-что для Изабель, — сказал он супруге. — Отправлю к Изабель своего помощника с письмом, да золотом. Воинов для охраны выделю. Надеюсь, они благополучно доберутся до наступления зимы.

— Инмарий помоги нам всем, — вздыхает Ульена.

Супруги делают знак Инмария.

— Знаешь, Конан, мне горько, что нашей дочери выпала столь трудная доля.

Ты только погляди на её письмо. В нём так и сквозит потерянность, но в то же время и мудрость.

— Она Бертольд, Ульена. Мудрость и твёрдость духа у неё в крови.

— Но для меня она всегда будет маленькой девочкой… — не удерживается от слёз женщина.

Глава 13

* * *Изабель Ретель-Бор

— Рад принимать в своём скромном доме вашу Сиятельную особу, госпожа графиня, — произносит опальный целитель, низко кланяясь мне в ножки.

Среднего роста, худощавый, но жилистый, с резкими чертами лица.

Чисто выбрит и причёсан. Серые проницательные глаза глядят настороженно, но без испуга. Крепко сжатые губы придают его лицу упрямое выражение — сразу ясно, что Керуш придерживается своего мнения. На нём одежда — заплата на заплате, грубая, но зато чистая.

Всё-таки есть в этом мире люди, что следят за собой.

— Ваш сын говорил о вас только хорошее, уважаемый Керуш, — говорю с лёгкой полуулыбкой, когда располагаюсь в главной комнате дома: она же гостиная и кухня, и спальня.

 — Мне интересно послушать и узнать вашу историю.

— Простите меня, Ваше Сиятельство, но для какой цели вам нужно знать о моей ершистой судьбе? — в голосе лёгкое недовольство, но я ему прощаю.

— Для той, что собираюсь менять некоторые устои, Керуш, — говорю без прикрас, как есть. — Далеко заходить не смею, но в своём графстве я могу закладывать свои правила и нормы. Не дело, что такой учёный муж сидит без дела и его дар не используется.