Хозяин проклятого острова

Что они все прицепились к ее сарафану? Не будет она менять его на грязные тяпки! – Заработаю – тогда и куплю.

– Ну-ну. Хозяйка платит в начале месяца, это еще три недели ждать.

– Ничего, как-нибудь справлюсь. Лучше скажите, где здесь колодец? Мне нужно воды набрать.

Раздражение, усталость и голод сделали Диану резкой. В обычной жизни она была довольно покладистой, в чем-то даже нерешительной. Ведь всегда проще согласиться и уступить, чем бессмысленно спорить. Тем более мама так и учила. Повторяла все время: ты женщина, ты должна быть мудрее.

Вот Диана и уступала. Сначала отцу, потом мужу. И где оказалась в результате своей уступчивости?

Но теперь она не намерена уступать! Кому-то не нравится ее сарафан – это их проблемы! Ее он вполне устраивает.

– А, воды, – Эрса словно потеряла к ней интерес. Махнула рукой за кровник. – Туда иди, там увидишь.

Но все оказалось не так легко. Ведро стукало по ноге, царапая нежную кожу, и было довольно тяжелым.

И как этой штукой набрать воды? Да она ее с места не сдвинет!

Диана огляделась.

Пока она плутала, сгустились сумерки. И ветер усилился не на шутку. Теперь он трепал ее подол и выбившиеся из узла волосы. Миг – и он швырнул ей в лицо пригоршню капель.

– Что за!.. Только дождя не хватало! – процедила Диана сквозь зубы.

Ее охватило желание бросить дурацкое ведро, вернуться в трактир и потребовать нормальных условий. Как они вообще смеют так с ней обращаться?! Да они хоть знают, чья она дочь?!

Но рассудок заставил остаться на месте: им все равно, чья она дочь. Это другой мир, здесь у нее нет ни денег, ни прав, ни друзей. Если господин Пьес и его жена вышвырнут ее на улицу – никто не заступится за чужачку.

Она-то думала, что раз он спас ее, не дал утонуть, то и дальше поможет. Особенно после того поцелуя…

А он просто отвернулся. Дал понять, что она для него никто.

– Ну и пусть! – Диана подняла лицо к небу.

На глазах выступили злые слезы, но она не дала им скатиться. Замерла, глядя на огромную тучу, закрывающую почти весь небосвод.

– Ну и пусть! – повторила с непривычным упрямством. – Он мне тоже не нужен.