Хозяйка разрушенной крепости

Но, видимо, для тех людей, кто сопровождал наш караван, Камелот был средоточием цивилизации.

- Вот и прибыли, - сказал Винс. И вздохнул: - Эх, красота то какая!

- Это да! – восхищенно произнес Ланселот. – Прекрасный город!

«Интересно, что бы они сказали, если б увидели любой мегаполис двадцать первого века с его небоскребами» - подумала я. Но, с другой стороны, всё познается в сравнении. И если эти люди ничего другого в жизни не видели, для них и примитивный замок с его торгово-промышленной частью, расположенной за каменными стенами, покажется центром мироздания.

- Рынок вон там, на окраине Камелота, - ткнул пальцем Винс в сторону довольно обширной территории, вынесенной за пределы городских домов и огороженной бревенчатым забором. – Нам туда.

Ну, туда так туда."

"Не прошло и получаса, как мы уже стояли перед воротами рынка, которые охраняли двое ленивых стражников, вооруженных копьями и облаченных в побитые доспехи римского образца, видимо, оставшиеся от ушедших завоевателей. Рядом с воротами за грубо сколоченным столом восседал грузный мужчина, перед которым лежали восковые таблички – деревяшки с углублением, заполненным воском.

Что это такое я знала из исторических романов, которые любила читать в свободное время. На таких табличках, заполненных темным воском, в древнем Риме писали заостренной палочкой-стилусом. Удобная штука для своего времени с возможностью редактирования записей посредством их стирания. А в целом интересно - всё более-менее цивилизованное, что мне встретилось в этом мире, либо осталось от ушедших римлян, либо было перенято у них.

- Это смотритель рынка, - негромко пояснил Винс. – Если прикажет стражникам сделать полный досмотр, то либо останемся без половины товара, либо вообще всё отнимут за укрывательство.

- Понятно, - кивнула я. И, опередив мой медленно тянущийся к воротам караван, направилась к смотрителю.

Тот, подняв на меня ленивый взгляд, даже сказать ничего не успел, как я начала говорить:

- Приветствую тебя, достойнейший хозяин рынка, и твоих славных воинов! – громко произнесла я, немного подвыкатив вперед грудь и улыбаясь как можно более мило.

Лениво-презрительное выражение лица толстяка сменилось на недоуменное.

- Ну, вообще-то я не хозяин... – начал было он, но я его перебила.

- Это не важно! Я же вижу, что лишь достойнейшего из достойных могли наделить правом пускать за эти ворота честных людей, и гнать взашей всяких проходимцев, которые своими действиями могут навредить славе Камелота!

Меня несло...