Хозяйка старой пасеки 2

От этого напора я ошалела окончательно, застыв столбом.

— Простите, я напугала вас. — Она отстранилась. — Но вы не представляете, как я рада.

А я? Рада?

— Извините за мой ступор. Это так неожиданно, и так… странно. — Я вздохнула. — Господи… Я была уверена, что никогда и никому…

Руки дрожали.

Княгиня мягко усадила меня в кресло.

— Отдышитесь. Воды или нюхательных солей?

— Водки, — вырвалось у меня.

Анастасия расхохоталась, и этот смех словно разбил напряжение. Плечи наконец-то опустились, и руки перестали дрожать.

Большой черный кот, дремавший в кроватке рядом с малышкой, поднял голову, с любопытством разглядывая меня.

— Давай на «ты», раз уж мы оказались здесь кем-то вроде ближайших родственниц? — предложила княгиня.

— Конечно, — улыбнулась я. Еще раз глубоко вздохнула. — Осталось только поверить, что у меня не поехала крыша.

— Да вроде на месте.

Мы снова засмеялись, хотя вроде нечему было. Но насколько, оказывается, легче, когда есть хоть один человек, перед которым не нужно притворяться, — пусть я и свыклась с этим притворством.

Котяра, потянувшись, сиганул мне на колени. Я подпрыгнула от неожиданности. Запустила пальцы в длинную шерсть. Кот довольно заурчал, и этот звук и прикосновение к густой теплой шерсти окончательно меня успокоило.

— На чем я прокололась? — все же полюбопытствовала я.

— Слишком много совпадений. Внезапная перемена характера вместе с потерей памяти и знаниями, которым неоткуда взяться.

— Какие именно? Я же не лекции по квантовой физике читала.

— Вроде ГЛПС — Иван Михайлович рассказал, он действительно ни разу не слышал о мышиной лихорадке. Слишком много деталей о размещении ульев. А еще — пчелы и опыление. Здесь не знают о половом размножении растений. И…

— Ты врач или биолог? — вырвалось у меня. — Нормальный человек не скажет «половое размножение растений».

До меня дошло, что я брякнула.

— Извини, я не хотела сказать, будто ты…

— Брось. Нормальный человек действительно так не скажет. Я терапевт. А ты?

— Учитель биологии.

— Тогда понятно.

Очень хотелось расспросить ее о прошлой жизни. Где она жила и как, много ли у нас реально общего. Но с другой стороны — стоит ли бередить? Назад нам обеим не вернуться, учитывая, что технически мы обе мертвы. Я мысленно поежилась, вспоминая дым, жар и дурноту.

Княгиня пристроилась на ручку кресла, где сидела я. Второго в комнате не было, и я попыталась уступить место хозяйке, но она удержала меня.

— Господи, столько всего хочется спросить.