Хозяйка ювелирной мастерской

..

– Лорензо на позиции? – уточнила я, активируя осколки.

– Тварь на месте,– отозвалась Сесиль,– начинаем!"

"Десять камней вспыхнули лиловыми звёздами и комнату заполнил магический туман.

– Мьэр эвир лэнт къяурра ин шаар..., – амулет вмиг раскалился, обжигая кожу, но сцепив зубы я продолжила читать заклинание, – тьеванг исшах унгва эльярга.

С кончиков моих пальцев сорвался сноп серебряных искорок и стенды с украшениями задрожали от штормовой, древней магии. Она разливалась по комнате горной рекой, грозя смести всё на своём пути.

– Тьеванг исшах унгва эльярга! – упрямо повторила, чувствуя сопротивление последнего осколка и едва не ослепла от магической вспышки, а в голове раздался оглушительный крик Сесиль...

– На пол!

Родгер прыгнул ко мне, одновременно с воплем менталистки. И едва рухнули на пол, укрывшись защитным плетением, ближайшая тумба превратилась в кучку мусора, уничтоженная мощным атакующим заклинанием.

– Не двигайся! – рявкнул дракон.

Меня опутало магическим коконом, а командор, выхватив меч, исчез в тумане.

Даже не успела до конца осознать, что произошло, но осознание, что мы могли оказаться на месте тумбы парализовывало и лишало воли...

От дыма слезились глаза, ушибленное плечо противно ныло, а сквозь толщу иллюзий и защитных плетений до меня доносился звон клинков, грохот и чьи-то крики.

Бездна... Родгер!

– Мьэр эвир лэнт къяурра ин шаар..., – прошептала, едва шевеля губами.

Плевать на боль! Там МОЙ дракон! И я не позволю никому причинить ему вред!

– Мьэр эвир лэнт къяурра ин шаар.

.., – зло прошипела, до крови вогнав ногти в ладонь. И магия откликнулась, вспыхнув лиловым заревом, а где-то вдали послышался полный боли рёв архимага, – тьеванг исшах унгва эльярга!

Кончики пальцев покалывало от напряжения. Я буквально чувствовала кожей последний осколок, тянула его на себя, лишая врага силы.

– Берегись!

На этот раз Сесиль опоздала...

Прямо передо мной материализовался посол снежных эльфов и мир растворился в кровавом мареве и боли, от которой выкручивало всё тело.

Ожерелье превратилось в удавку и я, забыв обо всём, в агонии царапала шею, пытаясь содрать его. Но нащупать застёжку не получалось, а разорвать...

– К-хе..., – лёгкие уже горели, а перед глазами плясали цветные пятна, как вдруг туман развеялся, а ожерелье рухнуло на пол бесформенной массой.

Великолепная «Искра» приняла на себя удар и погибла, спасая владелицу...