Иван Грозный на Мальдивах

Ну не отталкивать же ее!»

А дама поумней промолчит, скажет про себя: «Понаблюдаем». И внимательно осмотрит одежду супруга. Чужие волосы на пиджаке… Ну… это может быть случайностью. Губная помада цвета вырви глаз на рубашке. Ну… Всякое бывает, некоторые особы обожают вступать в тесный контакт с любым мужчиной. Чужие темные волосы, замотанные вокруг пуговицы на ширинке!

Я рассмеялся:

– Тут уж про случайность не подумаешь.

– Но самый верный показатель, – продолжал Боря, – это подарок. Если супруг внимателен, частенько приносит жене шоколадки, игрушки, любимые ею лакомства, то презенты не должны ее настораживать.

Но если Ромео расщедривается всего два раза в году, тридцать первого декабря притаскивает сковородку, на день рождения жены приносит кастрюлю и объявляет: «Цветы – зряшная трата денег, лучше подарить нужную в хозяйстве вещь», то появление супруга с корзиной белых роз в руках и заявлением: «Дорогая, вот, шел мимо магазина, решил порадовать тебя» – должно насторожить супругу, вызвать вопрос: какой шанс, что спутник жизни говорит правду? Сто из ста! Он и впрямь проходил мимо точки с цветами, торопился домой от любовницы, испытывал угрызения совести, которые всегда мучают неопытного ходока налево, и решил купить розы. Еще должны настораживать слова мужа: «Что-то мы с тобой в постели как по шаблону работаем, давай поэкспериментируем», в особенности если это сказано после лет эдак пятнадцати тихой семейной возни под одеялом. Вот у жены и рождается вопрос: а с чего бы мой-то решил повеселиться, вися на люстре вниз головой, кто его этому научил?

Увлекательную беседу прервал визгливый голос:

– Ванечка, ты где?

Я вздрогнул, а Борис быстро вышел в холл, стремительно вернулся и шепнул:

– Иван Павлович, там ваша жена.

– Боря, вы прекрасно знаете о том, что я холостяк, – тоже тихо ответил я.

– У нее есть документ, – продолжал помощник, – женщина явилась с чемоданом. М-да. Выглядит она… ну…

Я встал и отправился в прихожую.

Глава двадцать седьмая

В холле на небольшом диванчике сидела полная женщина лет пятидесяти.

На ней красовалась норковая шуба. Сколько бы ни старались гуру моды вывести на российский рынок манто из чебурашки, как бы активно ни писали в интернете о жалости к животным, но для основной массы дам нашей страны шуба – это норка. Кто побогаче – замахивается на соболя, кто победнее – на нутрию. Меховое пальто – это показатель достатка и успеха. Шкура чебурашки – удел отъявленных модниц, а их не так уж много.