Хищный. Наглый. Холостой

 — Серьезно?

— Раз у нас один кот на двоих… я считаю, ты имеешь право проводить с ним столько времени, сколько пожелаешь. Я же не всегда могу быть дома.

— Ты прикалываешься? — снова спросила я, чувствуя непреодолимое желание взять ключи. — Сав, это неправильно!

— Мой дом — мои правила. И мне действительно жаль, я не знал… думал…

— Пашка соврал, да? Скажи правду. Мне важно знать. Я ведь за него замуж выхожу!

— Правду хочешь? А силенок хватит? — Савва даже не пытался скрыть иронию.

Я сцепила пальцы в замок — это простое движение обычно меня успокаивало, не давало поддаться первым эмоциям.

— Вот поэтому, Баринов, я тебя всегда терпеть не могла. Считаешь себя лучше других — умнее, сильнее, богаче. Но вот что я тебе скажу: ни черта ты обо мне не знаешь на самом деле! Не хочешь говорить правду? Упрашивать не стану, Пашка сам вечером расскажет.

— Ночная кукушка дневную перекукует? — Савва ухмыльнулся, а потом уже без улыбки добавил: — Идем!

Квартира казалась безразмерной.

— Заходи!

Я с интересом огляделась. Меня не удивишь роскошными интерьерами, я уже составила первое впечатление о жилище Баринова. Сейчас, рассматривая небольшой, но очень уютный и богато отделанный кабинет-библиотеку, я еще больше убедилась в своем мнении: квартира полностью соответствовала натуре Саввы.

— Я тебя слушаю. — Не дожидаясь приглашения, я уселась в мягкое кресло, стоящее рядом с книжными шкафами. Большая редкость в современных квартирах, где книги в таком количестве если и есть, то надежно спрятаны в планшетах и телефонах.

— Кальянов попросил приютить кота на несколько дней и никому не говорить об этом, — начал свой рассказ Савва. — Честно скажу, я не был в восторге от этой просьбы, но Паша умеет убеждать.

— Даже тебя? — не удержалась я, но Баринов проигнорировал сарказм в моих словах.

— Мы с Савелием быстро поладили, и я изменил свое мнение.

— Самсоном, — поправила я.

— Савелием. Кать, я так привязался к нему, что даже сказал как-то Кальянову, что могу оставить его у себя насовсем.

— Что?!

— Да. — Баринов нисколько не смутился своего признания. — Но потом Савелий попал под машину. Моя вина, Кать.