Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Каждое слово было подобно удару меча по кровоточащему сердцу.

— Сюэ Мэн, послушай меня! Плевать я хотел на то, какой он достойный даос в глазах всего мира. Уважаемый Наставник, Юйхэн ночного неба, Бессмертный Бэйдоу — для меня все его титулы не имеют значения. Важно, что, когда Небеса раскололись, и моя жизнь оказалась под угрозой, я умолял его хотя бы обернуться, но он даже не посмотрел в мою сторону. Не удостоил меня даже взглядом!

Его сердце наполнилось холодной злостью, однако голос звучал ровно и спокойно, лишь покрасневшие глаза выдавали волнение.

— Знаешь, Сюэ Мэн, я скажу тебе правду: кто бы ни упал с драконьего столпа, я, ты или Ши Мэй, он не стал бы спасать никого из нас.

Я видел это своими глазами.

Когда-то в снегопад он также отвернулся и ушел, оставив позади остывающее мертвое тело своего ученика.

— Для него нет ничего важнее его драгоценной репутации бессмертного небожителя, — усмехнулся Мо Жань. Может, из-за тусклого света, но его улыбка выглядела горькой гримасой. — Удачливые выживут.

Прежде чем он успел закончить фразу, свет вспыхнул перед его глазами, и порыв ветра чуть не сбил его с ног.

Комната была узкой, и хотя Мо Жань вовремя почувствовал угрозу, он помнил, что за его спиной стоит Ши Мэй и, если он сейчас уклонится, пострадает невинный. Поэтому он остался на месте, жестко блокируя удар.

Бросившийся на него, как гепард, Сюэ Мэн одной рукой схватил его за грудки, а другой влепил ему хлесткую оплеуху.

Мо Жань, получивший пощечину ни за что, вспыхнул от охватившей его ярости.

— Сюэ Цзымин! Что ты делаешь?!

Сюэ Мэн не ответил и только сердито завыл:

— Мо Вэйюй, ты скотина[97.3]!

Что за лекарство он принял, раз, потеряв остатки разума, кинулся в безжалостную драку с Мо Жанем в этой маленькой комнате? Как два загнанных в одну клетку зверя, они рвали друг друга, пытаясь содрать друг с друга шкуру, выпить кровь и разгрызть кости. Одинокий фонарь мерцал, отбрасывая на каменную стену их тени, похожие на силуэты сражающихся кровожадных демонов.

Мо Жань вдруг услышал сдавленный выдох Сюэ Мэна. Такой тихий, что он подумал, будто ему показалось. Но вот уже несколько капель слез упали на тыльную сторону его ладони.

Сюэ Мэн отпустил Мо Жаня и с отвращением оттолкнул его, а потом сел на пол и, обхватив руками колени, разрыдался.

Щека Мо Жаня была красной и опухшей, но он замер, совершенно сбитый с толку.