Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Наньгун Сы заинтересовался, обошел Е Ванси по кругу, подошел к Сун Цютун и придирчиво осмотрел ее так, будто разглядывал залежалый товар на прилавке. Наконец, нахмурившись, он спросил:

— Почему она хромает? Бракованный товар?

— Когда ее поймали, девушка была ранена, а перед торгами ее опоили наркотиком. Она еще не оправилась до конца, — Е Ванси немного помолчал, перед тем как сказать, — поэтому мы и не могли отправиться дальше и хотели остановиться здесь на ночь.

Наньгун Сы промолчал. Он прищурился, а потом внезапно наклонился к шее Сун Цютун и принюхался.

— Пахнет как обычный человек, — Наньгун Сы почесал нос и чихнул. — И еще какими-то благовониями...

Махнув рукой, он небрежно спросил:

— И сколько это стоило?

— Пятьдесят миллионов.

— Серебра?

— Золота.

Глаза Наньгун Сы ошеломленно распахнулись:

— Е Ванси, ты с ума сошел? Знаешь, сколько жерновов нужно расплавить, чтобы получить пятьдесят миллионов золотых.

— Я не тратил деньги школы, — чуть помедлив, ответил Е Ванси. — И она куплена не для тебя.

— Ты! — только остывший гнев вспыхнул вновь, и лицо Наньгун Сы стало похоже на оскаленную морду леопарда. — А ты хорошо устроился!

Он повернул голову к Сун Цютун, но чем дольше смотрел на нее, тем меньше ему нравился ее вид и особенно вуаль, закрывающая лицо.

— Сними уже эту тряпку с лица.

Сун Цютун испугалась еще сильнее. Она вцепилась в рукав Е Ванси и сжалась у него за спиной. Ее голос звучал очень жалобно:

— Господин Е, я... я не хочу...

Е Ванси был стройнее и намного уже в плечах, чем Наньгун Сы, но он смело встретил его разъяренный взгляд и, слегка приподняв голову, совершенно не выказывая страха, сказал:

— Если девушка не желает этого, молодой господин не должен принуждать ее.

— Бла-бла-бла! Ты спас ее, так что она обязана жизнью Духовной школе Жуфэн, а значит и мне.

Снимай!

— Я спас ее. И сразу же дал ей свободу. Молодой господин, пожалуйста, будьте снисходительны, не ставьте меня в сложное положение.

— Е Ванси! А ты та еще штучка! — Наньгун Сы от злости ударил по косяку двери. — За кого ты меня держишь? Осмелишься вступить в спор со мной! Я сказал, что хочу, чтобы она сняла вуаль.