Карамазов. Книга 2

Но этих денег не хватит, чтобы жить с желанной Ольгой здесь. В городе, который она так обожала. Ее собственное приданое было значительным, потому как после убийства ее отца, все его имущество ушло в фонд единственной дочери. Третья часть всех денег Юсуповых была активом Ольги. По брачному договору Михаил не отдал бы больше десятой доли от причитающегося супругу падчерицы. И даже на эту долю любой аристократ был бы счастлив претендовать.

Сам Сергей рассчитывал на иной расклад. Он собирался сбыть пустую Кристину в монастырь, обязав принять постриг, а имущество не делить, оставив все себе.

Но тут появился выскочка Карамазов. Сила младшей Юсуповой открылась, не без участия этого выродка! А Ольга вместо того, чтобы хранить себя для единственного… От ярости перед глазами княжича встала пелена.

— Почему? — глядя в потолок зарычал Юсупов. — Почему все достается Карамазову?

— Это можно легко исправить, — послышался от террасы мягкий голос.

Сергей обернулся. У распахнутых дверей стоял незнакомец, лицо которого скрывала красная маска.

— Как вы сюда попали? — удивленно начал парень, но незнакомец его перебил:

— Это неважно. Я пришел с миром, Сергей Михайлович, — подходя к Юсупову, вкрадчиво произнес собеседник. — У нас есть общий враг. И я думаю, мы можем помочь друг другу. Вы же хотите отомстить Карамазову? Вернуть все, что он у вас отнял?

— Хочу! — поспешно ответил Юсупов, и в его зрачках начали разгораться огоньки ненависти.

Хранитель довольно усмехнулся. И в его глазах замерцало багровое пламя.

Глава 17. Домой

— Твой меч… что он может? — полюбопытствовал я, чтобы отвлечься от тяжелых раздумий, когда машина выехала с территории парка.

Иван хитро покосился на меня и бросил беспечно:

— Обычная заговоренная железка. Что-то вроде талисмана.

— Я видел руны на лезвии…

— Клинок защищает хозяина от способностей одержимых.

— Выходит, магия демонов на тебя не действует?

— Влияние есть — с неохотой ответил Иван.

— Но… это не объект?

Дружинник покачал головой:

— Артефакты, ну или объекты — это вещи, которые были созданы святыми страдальцами. Или одержимыми. Мой же клинок ковал обычный человек. Просто его сделали заговоренным.

Я замолчал. Иванушка уставился в окно.

В кармане послышалась мелодия телефона. И вытащил аппарат:

— Мастер Карамазов.