Камаэль (СИ)

Он не выговаривал формулы заклятий, но перешёптывался с воздухом, взывая к нему и прося о помощи. Такого рода магию Лаирендил видел впервые, и с трудом удержался от того, чтобы податься вперёд и приласкаться к потокам, вдохнуть их полной грудью. Но даже смотреть на это было на удивление приятно. Наконец, каменная глыба поддалась и грузно рухнула в сторону, и Аэлирн даже не стал препятствовать ей – смотрел, как она катится вниз, набирая обороты и готовясь рухнуть куда-нибудь на город. Из тёмного прохода дохнуло холодом, потянуло, завыло.

– Почему ты использовал воздух, а не землю? – наконец, в полной тишине поинтересовался Лаирендил, и голос его гулким эхом понёсся впереди них.

– Что? – Аэлирн вскинул брови, в очередной раз хватаясь, за плечи мужчины перед собой.

"– Скорее всего. Но ты мог использовать землю.

– Да что ты понимаешь в тонкой материи, вояка, – возмутился Аэлирн, скосив взгляд на рыжую макушку перед собой. Здесь был такой мрак, что он едва мог различить собственные руки. – Даже люди до этого додумались, а ты ещё спрашиваешь. Энергия не берётся из ничего и не исчезает бесследно. Как думаешь, на что потребуется больше сил – на то, чтобы поднять камень ветром, или на то, чтобы ещё и землю привести в движение?

– Но если я правильно понимаю, то тебе нужно затратить примерно столько же сил, сколько бы ты приложил, чтобы поднять глыбу голыми руками.

– Верно. А с чего ты этим вообще заинтересовался? Просто поболтать захотелось или у тебя есть какая-то цель? – Аэлирн чуть сощурился, но споткнулся и едва не полетел вниз, вовремя ухватившись за выступ на стене.

– Просто поговорить, – пожал плечами Лаирендил, внимательно глядя перед собой и стараясь не морщиться от нелестных высказываний Аэлирна в сторону тех, кто построил этот тайный ход.

– Нет, не против. – Согласился Павший, но больше ничего не сказал.

Они вышли в нижних темницах, и света здесь было ничуть не больше, чем прежде. Кажется, тьма стала лишь гуще с приходом Тёмных. И тот, и другой лазутчик, хранил молчание, внимательно поглядывая по сторонам и прислушиваясь к самому малейшему шороху.