Камаэль (СИ)

- Не бойся, - вновь произнёс Виктор, затем принимаясь по новой проникать в меня."

"В этот раз было легче и не так болезненно, скорее даже наоборот, - это нравилось мне с каждым разом всё больше. Мне нравилось ощущать, как его плоть растягивает анус, как раздвигает стенки заднего прохода, как пульсирует его плоть и этот ритм передаётся самому моему сердцу, заставляя биться всё сильнее и быстрее.

- Виктор, - сдавленно всхлипнул я, когда брат полностью проник в меня и прижался ко мне. Дышать было трудно - он навалился на меня всем телом, сложив пополам, но это было приятное ощущение.

- Виктор!

- Ты прекрасен, Льюис, - довольно выдохнул вампир мне на ухо, затем со всей силы укусив за шею и прокусив кожу, принимаясь глотать мою кровь. Это отзывалось таким сумасводящим удовольствием в теле, что хотелось кричать и отдаваться этому мужчине снова и снова, насаживаться на его плоть и отдавать всю свою кровь. Однако, у брата были совершенно другие планы. Перестав пить кровь и закрыв ранки языком, он принялся медленно двигаться во мне.

- Не могу сдержаться. Ты настолько прекрасен, мой прелестный мальчик!

- Я не мальчик, - простонал я, чуть хмурясь. Я совершенно не считал себя прекрасным и стоящим таких комплиментов и чувств, но хотел верить, что для брата я такой, что я смогу его удержать.

“Убей его! - вновь проорал голос в голове, заставив меня глухо зарычать, чем я наверняка напугал вампира”. Он на миг перестал двигаться, заглянув в мои глаза, а затем с улыбкой начал двигаться вновь, перестав придавливать к кровати, но придерживая меня за бёдра.

Он двигался сильно, надавливая на простату и заставляя меня то и дело вскрикивать от острых удовольствия и боли, подаваться ему навстречу и оглаживать его грудь пальцами. Вампир довольно порыкивал и постанывал, сжимая мои ягодицы и отвешивая смачные шлепки, что разгоняли по моему телу мурашки и острые всплески удовольствия. Оставалось лишь метаться под братом, позволяя ему удерживать нужный темп и делать всё, что ему заблагорассудится. Дыхание давалось с трудом, получалось лишь судорожно, часто вздыхать и выдыхать стоны и крики. Внутри всё горело, а плоть, казалось, готова была лопнуть от удовольствия и возбуждения, пульсировала. Капли пота стекали от шеи к груди и ниже, по судорожно поджимающемуся животу. Хотелось принимать в себя плоть брата ещё и ещё, прикасаться к нему снова и снова, звать его по имени и предоставлять ему всего себя.