Как сбежать от дракона и открыть свое дело

И предупреждаю сразу, чтобы ты не смела проклинать моего Арамара!

— Послушай, а можно личный вопрос? — Анаель кивнула и я продолжила: — Ты ведь не любишь черного дракона, верно? И была не слишком счастлива тому, что он… как я поняла, огрел тебя дубиной по голове и утащил к себе в пещеру.

— Не люблю, — подтвердила Анаель. — Но посуди сама: в моем возрасте — и такой мужчина! Красивый, сильный, богатый! И весь мой! Раньше я была обычной городской ведьмой, одной из многих, а теперь — повелительница. У Арамара в подчинении целых два мира, не то, что у твоего сопляка Эйстейна.

— Да какие обиды, — улыбнулась я, раздумывая, не попросить ли Анаель все-таки проклясть золотого дракона.

Но наши милые девичьи посиделки прервал мысленный голос духа.

Мор был взбудоражен, как никогда.

— Хозяйка! — почти завопил он мысленно. — Там… пришли! К тебе!

— Ко мне? — удивилась я. — Кто?

— Я должен тебе показать!

Пришлось быстро объяснить Анаель, как пользоваться мылом, и выйти из купальни.

Что любопытно, Райлана в столовой не оказалось.

— Тебе письмо, хозяйка, — сообщил он, когда сердцебиение чуть улеглось.

Мне в руки лег плотный лист белой бумаги. Без конверта. Но это не умаляло важности послания — прочитав его, я так и села. В кресло с приоткрытым от удивления ртом.

Адресовано письмо было… Егоровой Виктории Михайловне. Далее сухим казённым языком сообщалось, что от моего имени поступила жалоба на некоего Эйстейна арт Рамриора, золотого дракона.

Ах да, вишенка на торте. Отправитель сего послания — Комитет по Контролю за мирами.

Это что еще такое?!"

"— Хозяйка, представители Комитета ждут тебя во дворе. Какие будут приказания?

Глава 51

Аллифил инт Дремур

Эйстейн заявился внезапно.

Не то, чтобы я не ожидал его прихода. Просто самонадеянно решил, что после подарочка, что золотой получил от меня через портал, он будет восстанавливаться неделю, не меньше.

Но Эйстейн полез.

Было ли дело в том, что золотой дракон знал нечто, что я упустил, или он действовал наобум, по наитию — теперь уже не имеет значения. Важно то, что Эйстейн одержал верх.

Надо мной.

А я ошибся. Не учел одну деталь, которая стала роковой.