Как пережить развод с драконом и (не) влюбиться (СИ)

Дана остановилась около в полутора метрах от нас, похоже ожидая, чтобы жених отошел от меня и приблизился к своей невесте. Две женщины, одетые в темные наряды, остались за ее спиной.

Я только сейчас осознала, что мы стояли слишком близко друг к другу. Но Николас даже не думал сдвинуться с места.

- Здравствуй, дорогой, - грудным бархатным тоном произнесла женщина и улыбнулась. – Не ожидала тебя тут встретить. Что ты здесь делаешь?

Муж опасливо покосился в мою сторону, словно ожидая, что я в любой момент могла раскрыть себя и устроить то еще представление.

Желание так поступить было крайне велико. Однако я бы ни за что не стала так подставлять Николаса. Не потому, что он не заслуживал подобной подлости. А потому, что это я была не способна на такой низкий поступок.

- Здравствуй, Дана. Я тут по делам, - немного рублено ответил Николас.

Невооруженным глазом было заметно, что тот говорил нехотя и будто желал поскорее завершить диалог."

"- Понятно, - протянула Дана, тщательно маскируя разочарование. Николас скорее всего и не обратил внимание на ее тон, но мне сразу было ясно, что ответ жениха оставил девицу недовольной. – А кто эта женщина рядом с тобой?

Я взглянула на мрачное лицо бывшего и поджала губы, сдерживая рвущийся наружу истеричный смех.

Интересно, как он собирается выкручиваться?

К огромному сожалению, я так и не стала свидетелем сцены «дракон крутился как уж на сковородке». Возле меня, как черт из табакерки, внезапно возникла высокая фигура Георга.

Однако. Улица оказалась довольно популярной.

- Какая неожиданная встреча! – громогласно возвестил мужчина и тем самым спас Николаса из щекотливой ситуации.

- Что с тобой случилось? – Дана брезгливо поморщилась, разглядывая кровоподтек возле его носа.

- Ударился, - весело объявил Георг.

- Выглядишь ужасно. Тебе не стоит ходить по улицам и пугать окружающих, - заметила невеста Николаса с надменным видом.

- А ты выглядишь очаровательно, как и всегда, - отозвался мужчина и подмигнул. Причем его комплимент звучал так, будто Георг скорее издевался, чем говорил что-то приятное.