Как пережить развод с драконом и (не) влюбиться (СИ)

- Охрану? – взвилась Дана, которая до этого момента почти сливалась с диваном, на котором сидела – так тихо она себя вела. – Это обязательно? Почему нельзя все уладить мирным путем?

Как запела, когда хвост прищемили! Из-за ее папаши мой собственный отец оказался под подозрением. Вот пусть с этого Михаила теперь спросят по полной!

- Дана, держите себя в руках, - сухо попросила Ива.

- Дочка, успокойся, - спокойно обронил Михаил так, будто бы совсем не переживал о щекотливом положении, в которое он угодил.

- Но папа! Я никуда не пойду."

"- Мне что, попросить тебя выпроводить? – он бросил в дочь такой тяжелый взгляд, что та в миг примолкла. Однако недовольство в ее глазах никуда не исчезло.

Тем не менее Дана была вынуждена покориться и уйти.

- Я прослежу, - сказала Ива, поднявшись со своего места.

Когда свекровь вышла, в помещении нас осталось только трое. Даже персонал куда-то задевался.

- И ты даже не спросишь зачем? – обратился Михаил к Николасу, глядя на него исподлобья.

- Обязательно спрошу, - голос мужа звучал спокойно и уверенно, как у хозяина положения.

Однако и отец Даны не выглядел как загнанный в ловушку зверь. Он стоял с гордо выпрямленной спиной, без капли страха в глазах, несмотря на то что его «поймали на горячем».

Михаил непринужденно облокотился на стекло и перевел взгляд на арену, где драконы вовсю соревновались в скорости.

Воспользовавшись моментом, я задала мужу животрепещущий вопрос:

- Николас, а что насчет моего отца? Теперь-то ты знаешь, что он не виновен в краже.

- Обсудим, - ответил он коротко, видно не желая думать об этом сейчас. Но меня такой ответ не устраивал.

- В смысле обсудим? Я хочу, чтобы ты прямо сейчас обещал мне, что отпустишь его. Ты не имеешь права держать его у себя. Это незаконно.

- Ксюша, - тяжело выдохнул Ник, - Я понимаю твое волнение за отца, и хочу заверить, что с ним все в порядке. Но не забывай, что он все же нарушил закон, когда заявил, что я страдаю драконьим бешенством.

- И за это нужно теперь лишить его свободы? – недовольно нахмурилась я.

Николас ничего не сказал. Только сильнее сжал челюсти, словно сдерживал себя, чтобы не наговорить лишнего.

Михаил, молча наблюдавший за гонками, решил вклиниться в наш диалог:

- Николас, хочешь увидеть убийцу своего отца?

- Вы про портрет?

Михаил хмыкнул и качнул головой.

- Приведи мне ее отца, - он кивнул в мою сторону. – И с помощью зеркала Петара я покажу тебе убийцу.