Извращенное королевство

Даже ее приспешниц нет рядом. Вспоминаю, что Саммер и Вероника больше не сопровождают ее на каждом шагу.

Эйдена нигде не видно.

Пытаюсь побороть подступившее разочарование и чувство неудачи.

Нам надо поговорить с ним. О многом. Ему нужно предупредить меня обо всех катастрофах, которые он планирует. Хочу сначала слышать о них от Эйдена, а не из школьных сплетен.

Прикусив нижнюю губу, обдумываю, не спросить ли других, где его носит.

В кармане вибрирует телефон. Я улыбаюсь, видя его имя на экране. В конце концов, может, у него есть способности к телепатии.

Эйден: Встретимся у бассейна.

Я срываюсь не раздумывая. До начала урока еще есть время, так что бросаю рюкзак на сиденье и выдвигаюсь к бассейну КЭШ.

На месте в нос ударяет запах хлорки, а ноги подкашиваются у порога.

Я так хотела увидеть Эйдена, что забыла: меня до смерти пугает вода.

Поскольку время раннее, никого нет. Глубоко вдохнув, делаю последние пару шагов на ватных ногах.

– Эйден? – Мой голос отражается эхом в пустом пространстве.

– Я здесь, сладкая.

Огибаю угол и застываю. Эйден стоит глубоко в бассейне. Я бы воспользовалась моментом, чтобы оценить его отличное телосложение и спадающие на лоб черные пряди, но он не один.

С ним Адам, его глаза распухли и налиты кровью – совершенно ужасное зрелище. Даже его рубашка выглядит так неряшливо, словно он всю ночь провел в притоне.

– Что происходит? – Я в недоумении уставилась на них.

– Херран хочет попросить прощения. – Эйден треплет Адама по плечу, но совсем не по-дружески. В любом случае, мне кажется, он в шаге от какого-то мрачного дьявольского поступка.

Тот молчит, с каждой секундой его лицо становится все краснее.

– Она ждет. – Эйден хватает капитана команды по регби – бывшего – за плечо.

Он шире и спортивнее Эйдена, но по какой-то причине Эйден кажется сильнее. Такой божественный и непобедимый.

Сейчас он напоминает мне генерала, не проигравшего ни одной войны. Абсолютный герой.

Впрочем, думать об Эйдене как о герое странно. Он не герой, а злодей.

"Но прямо сейчас, когда он мертвой хваткой держит Адама после того, как выкинул его из школы за то, что тот обижал меня, я не могу не думать о нем как о герое.

Только в этот раз.

– Прости, – сквозь зубы говорит Адам.

– Нет-нет, – возражает Эйден. – Ну-ка повтори, да с выражением.

– Не надо извинений, – говорю я. – Он ничтожество.

– Верно. – На губах Эйдена играет улыбка. – Но пусть все равно попросит прощения. Можешь сделать это стоя или упасть на колени, Херран.