Извращённая ненависть

Я подняла голову, мои глаза расширились при виде фар, несущихся ко мне.

Я был так поглощен своими мыслями, что вышел на середину улицы, не глядя.

Двигайся! мой мозг кричал, но мое тело не слушалось. Я просто стоял там, застыв, пока железная хватка не сомкнулась вокруг моей руки и не выдернула меня обратно на тротуар за миллисекунду до того, как грузовик промчался мимо, ревя клаксоном.

Импульс взял верх, и мое лицо столкнулось с грудью Джоша. Это было похоже на столкновение с кирпичной стеной. Сила действия, в сочетании с всплеском адреналина от моего столкновения со смертью, лишила меня слов и дыхания.

“Ты в порядке?” Его сердце грохотало под моей щекой.

""Я в порядке"", - хрипло сказала я, слишком ошеломленная, чтобы придумать лучший ответ.

Я подняла голову и сглотнула, когда увидела выражение его лица. Его брови нахмурились от беспокойства, но глаза горели, а на виске заметно пульсировала вена.

"“Хорошо”. Его руки сжимались вокруг меня, пока я снова не потеряла дыхание. “О чем, черт возьми, ты думал, выходя вот так на середину улицы?” Его низкий голос вибрировал от гнева. “Тебя чуть не убили!”

“Я ...” У меня не было хорошего ответа.

Что я должен был сказать? Я был слишком поглощен воспоминаниями о моем дерьмовом бывшем, чтобы обратить внимание на то, куда я иду?

У меня было чувство, что это не полетит.

Боже, если бы Макс был последним человеком, о котором я думал перед смертью, я бы разозлился.

“Я дважды назвал твое имя, и ты даже не отреагировал”. Бледный свет от уличных фонарей полоснул по лицу Джоша, бросив его бритвенно-острые скулы и твердую, точеную линию челюсти в резкий рельеф. “Что, черт возьми, случилось?”

“Ничего. Я просто отвлекся ”. Технически верно. Тем не менее, мой желудок скрутило от того, что произошло бы, если бы Джоша там не было.

“Спасибо, что спасли меня, хотя я удивлен, что вы это сделали”. Я попытался снять напряжение, застилавшее воздух.

“Это не смешно"".

“Это довольно забавно”.

“Нет. Забавно, ” повторил Джош. Он кусал каждое слово, как будто это была горькая пилюля. “Ты думаешь, смерть - это смешно? Ты думаешь, мне весело смотреть, как кто-то почти умирает?

Моя улыбка исчезла. - Нет, - тихо сказала я.

У меня было чувство, что мы больше не говорим обо мне.