Извращённая ненависть

Никто из них не знал никого, кто работал в больнице, кроме Джоша.

В течение следующих нескольких часов я сопровождала Джоша, когда мы гуляли по парку, и исполняла роль послушного кавалера всякий раз, когда кто-то пытался представить его своей сестре, дочери или внучке. Он не лгал, когда говорил, что все хотели его подставить — я насчитал дюжину попыток сватовства, даже когда я был рядом с ним, прежде чем сдался.

“Я не понимаю привлекательности”, - проворчала я после того, как медсестра и ее дочь ушли, выглядя разочарованными.

“Тебе просто отлично понравился мой рот в библиотеке”. Шелковый ответ Джоша заставил языки пламени лизнуть мою кожу.

""Все было хорошо"".

Я ахнула, когда он притянул меня к себе, его шепот был мрачным предупреждением мне на ухо. “Не провоцируй меня, Рэд, или я разложу тебя на столе для пикника и буду трахать языком, пока тебе не придется, блядь, ползти домой, потому что твои ноги больше не работают”.

Он отпустил меня и улыбнулся приближающемуся к нам мужчине. “Привет, Мика”, - сказал он, как будто он только что не угрожал заставить меня кончить на глазах у тысячи людей всего секунду назад. “Как дела?”

После того, как они поприветствовали друг друга, Джош представил меня Мике, который небрежно улыбнулся.

“Итак, Джулс, что ты делаешь? Вы студентка? Другой житель был примерно в возрасте Джоша, но он источал претенциозность таким образом, что это полностью противоречило легкому очарованию Джоша.

“Да, в Thayer Law. Я заканчиваю через несколько недель ”.

Брови Мики поползли вверх. “ Закон? Неужели?”

Я напряглась от его очевидного скептицизма.

“Да, действительно”. Я отбросил свой вежливый тон и принял такой ледяной, что надеялся, что он заморозит его яйца. Некоторые люди могли бы дать Мике преимущество сомнения, но я распознал суждение, когда увидел его, и у меня не было обязательств быть милым с кем-то, кто не утруждал себя скрыванием своей снисходительности.

“Немного. Вы не похожи на студента юридического факультета. Глаза Мики опустились на мою грудь, и крошечные уколы унижения пронзили меня.

Рядом со мной Джош замер, его спокойная манера уступила место темному, изменчивому напряжению, которое волновало воздух вокруг нас.