Изумрудные объятия

Йен и Конар тоже очень милые молодые люди. В действительности с ней груб и негостеприимен только один человек — Брюс Кригэн, сам лэрд.

Но не всегда. Временами, когда он ее обнимал, он вовсе не был грубым.

— А как же, девочка, — сказал Питер. — Вы приехали из-за Мэри, а вскоре произошло кораблекрушение, и умер человек, несмотря на ваши старания его спасти. Потом исчезла девушка из деревни. А сегодня нашли тело этой несчастной. Многовато получается, вам не кажется, миледи? Он обеспокоен, вот и все.

Мартиса улыбнулась:

— А вы его дядя, родная кровь, и вы будете его защищать.

Питер поднял бровь.

— Дядя — да, но неродная кровь. Я и мои мальчики не Кригэны. Мы Стюарты, с дальнего севера, из местечка неподалеку от Джон-о-Гроутс. Я женился на Дженни Кригэн, сестре предыдущего лэрда Кригэна, и мы приехали сюда, где было много земель, чтобы служить лэрду. Я удивлен, что вы не обратили внимания на клетку.

— Простите, не поняла?

— Цвета, девочка, цвета шотландки. Я ношу цвета клана Стюартов. В тот день, когда мы все ездили на лошадях, Брюс надевал шарф Кригэнов.

Мартиса улыбнулась с сожалением:

— Прошу прощения, я не обратила на это внимания.

— Ну что вы, не надо извиняться.

К Питеру подошел Йен.

— За что не надо извиняться?

Мартиса улыбнулась и пожала плечами."

"— За свое невежество. Может, поднимемся? Хочу посмотреть, как там Элайна.

Йен кивнул и с сожалением оглянулся на пролом в стене.

— Это так интересно. Жалко, что Брюс решительно настроен все убрать.

— Думаю, это больше связано с телом бедной замурованной девушки, — сказал Питер.

Йен пожал плечами.

— Да, отец, но ведь это все случилось очень давно, тебе не кажется? Мне, конечно, жаль девушку, но я думаю, мы впустую тратим на нее жалость. Наверняка она оказалась здесь очень, очень давно, и сейчас для нее ничего нельзя сделать. И все же… ах да, наверх… действительно, давайте поднимемся.

Вечером было сыро, и от земли поднимался холодный туман.