Измена. За границей дозволенного (СИ)

Благодаря тебе мы выиграли полтора часа. Это очень хорошо.

Наконец, он отпустил мою ладонь. Скользнул по мне взглядом на секунду и я увидела в его глазах что-то вроде «извини». А затем, он и сам озвучил это.

— Прости, я не должен был тебя трогать… Я…

— Всё хорошо, это было нужно… — перебила я его и Дима кивнул, положив обе руки на руль.

Даже сейчас он галантен. Хотя казалось бы, мог бы кричать на меня, делать всё, чтобы я не тупила и поскорее вытащить меня любой ценой из этой страны, но нет. Он заботится, по-настоящему.

Так, что это я? Ещё не известно, холост ли он, а я даже не разведена! Даже думать о таком не смей, Оксана. Выглядишь как… потаскуха, ей богу. Всё, лишние мысли вон! Сейчас думать только о побеге домой…

Через полчаса мы доехали до офиса Дмитрия. По дороге не разговаривали. Я лишь посматривала на него время от времени и про себя удивлялась, как он может быть таким собранным и серьёзным всё время.

Дима открыл мне дверь и подал руку.

— Дмитрий Сергеевич, что-то случилось? — спросил дежурный.

— Случилось, — кивнул Дима и попросил пройти его в переговорную.

Махнув рукой, Дима позвал меня следовать за ними. Когда мы уселись за переговорный стол, глава организации «Стоп Рабство» выдал дежурному всё, что я сама ему рассказала ранее.

— За работу, — добавил Дима в конце.

Француз с минуту сидел молча, с открытым ртом.

— Дмитрий Сергеевич, это не обычное дело. Мы не можем за такое взяться. Он жена русского посла во Франции. Вы представляете, какой международный скандал может подняться?"

"— Я понимаю, Луи. Но и у него на руках далеко не все козыри. Представляешь, какой удар по его карьере будет, если в СМИ через нас обратится его жена и расскажет о его изменах и любовнице, живущей в том же подъезде, которую он притащил аж из России? Он от этого не отмоется никогда и на этом придёт конец его роскошной и властной жизни.

— Господи, сколько же исков в суд мы получим, — помотал головой Луи. — Вы уверенны, Дмитрий Сергеевич?

— А может, ни одного не получим. Получим лишь его засунутый язык в ж… кхм, — он запнулся и скользнул по мне взглядом, а затем, снова посмотрел на дежурного. — ну ты понял.