Измена. Я отомщу тебе, предатель (СИ)

Это скорее крик отчаянья.

Платон начинает шептать мне на ухо:

— Я с тобой никогда так не поступлю. Я не буду тебя обманывать. Обещаю.

Я хотела отодвинуться от него, но Платон не позволил, только обнял ещё крепче.

Так мы сидели довольно долго.

Я думала обо всех тех годах, когда меня обманывал Андрей. Значит, он подкупил врача, сделал липовые анализы? Может, и вся клиника была ненастоящей?

Теперь я понимаю, почему вопрос «Когда же будут внуки?» задавала только моя мама, а свекр и свекровь никогда не интересовались.

А они все знали. Все кругом все знали, кроме меня! Какой же Андрей подлец.

Потом я вспомнила о Виолетте, о той нашей встрече. Отстранилась от тёплой груди Платона и сказала, вытирая слёзы рукавом:

— Я недавно видела Виолетту, она сказала мне, что беременна от Андрея.

Платон сделал такое лицо, как будто только что попробовал что-то невкусное.

— Ир, Виолетте верить нельзя. Конечно, есть маленькая вероятность, что произошло чудо, но я сомневаюсь, врачи не давали никакой надежды.

И через минуту добавил:

— Если так хочешь, сделаем ДНК-тест. Хотя я уверен, что это мой ребёнок.

— Нет, не нужно. Мне нужно как можно скорее с ним развестись.

— Хочешь, я помогу? — спрашивает Платон.

Я киваю и обнимаю Платона сама, говорю:

— Спасибо, я не знаю, что бы я без тебя делала.

И это правда. Платон стал для меня незаменимым человеком в жизни. А ещё теперь я уверена: он отец моего ребёнка. И это хорошо.

На следующий день меня утром сильно тошнит. От сильной рвоты даже начинают болеть мышцы живота.

— Ты возьмёшь больничный, — не спрашивает, а утверждает Платон, когда я выхожу из ванной.

— Я отпрошусь пока на один день. Посмотрю, как будет завтра, — отвечаю я.

Платон недовольно качает головой.

Я звоню на работу, одна учительница соглашается меня подменить.

— Если что-то будет нужно, звони, — перед выходом говорит Платон.

— Ах да, кстати, сегодня придёт домработница. Откроешь ей дверь? Она уберётся и сварит обед, я ей уже написал, а ты отдыхай, ничего не делай, хорошо? — снова больше приказывает, чем спрашивает.

И не думала, что он может быть таким строгим.

Платон уезжает на работу. Я остаюсь одна. Лежу на диване и щёлкаю каналы. Интересно, какая у него домработница? Воображение рисует красивую девушку в коротком фартуке, таких обычно показывают во взрослых фильмах. Кручу головой и отгоняю от себя неприятные мысли. Конечно, она будет не такой.