Измена. Двойное предательство (СИ)

Мы два часа разбирали с Эдгаром документы, а потом играли в импровизированную игру «Узнай партнера получше, чтобы не проколоться перед Феликсом». Еда, развлечения, хобби, цель в жизни… Кажется, мы хорошо друг друга узнали. Эдгар оказался очень интересным собеседником. Интеллигентный. Начитанный скептик, имеющий по каждому вопросу свое четкое и веское мнение. Но, как всякий умный человек, он принимал и другое мнение, а не спорил только ради спора. Занимался спортом, любил прогулки на свежем воздухе, путешествовать, кататься на лыжах.

Я по сравнению с ним казалась себе скучной. Ничего во мне примечательного нет.

– Пообедаешь со мной? Или ты торопишься?

– Если ты приглашаешь.

Привычка заботиться о мужчине никуда не делать. Искоренить ее было сложно. Приготовила обед не только на себя. Готовка сильно отвлекала. Заняться особенно было нечем, да и не хотелось ничего. Салон закрыла самостоятельно, якобы на время ремонта, просто уже поняла, куда ветер дует. Скандал сделал свое дело, и обеспокоенные клиенты отменяли записи либо требовали возврата денег за услуги.

– Извини, – Эдгар отложил вилку и нож взялся за телефон.

По лицу стало ясно, что звонит мой муж, уже слишком сильно заиграли желваки на точеных скулах моего адвоката. Они отрывисто поговорили. Я следила за ним с интересом, который не могла побороть. Эта ниточка между мной и бывшим мужем никак не хотела рваться. Пусть я себя ругала, но пока не могла себя заставить быть равнодушной.

– Галя родила, – сообщил Эдгар, нажав на отбой, – ребенок, мальчик, в реанимации.

Глава 7.3

Олег

– Собирайся, Галя, загостилась, отвезу тебя на съемную, – бросил ей, стоило закрыться двери за женой и мамой.

– Что? Олег?.. Ты меня выгоняешь? – сглотнула она. Побледнела вся, затряслась. Вместе с ней затрясся второй подбородок. Жирный кусок кожи, который она хрен пойми как отрастила. Понимаю, беременна и всё такое, но кто заставлял жрать как не в себя?

Так и хотелось спросить: «Ты в кого превратилась? Ты же женщина!»

Галя с трудом поднялась и подбежала ко мне.

– Ты не можешь меня выгнать, не можешь, – повторяла как мантру, смотря мне в глаза с мольбой, как на бога молилась, лебезила, пресмыкаться готова была.