Избранница мятежного генерала

Я прекрасно осведомлён о порядках, но был обязан защитить её честь.

— Мразь! — прошипел Альсвен. — Не верьте ему, он тот ещё лжец, а его баба…

— Я подтверждаю, — крикнул с лестницы трактирщик. — Они первыми подошли к молодой девушке и вели себя с ней весьма неподобающе. Я лично делал им замечание.

— Что ж, — ответил управляющий, — я не могу подвергать опасности наших дорогих постояльцев. Раз вы не можете вести себя цивилизованно, прошу всех вас прямо сейчас покинуть гостиный двор и поискать ночлег где-то ещё.

— А если откажемся? — с вызовом спросил Альсвен.

— Тогда я попрошу охрану двора применить силу и выкинуть вас за ворота.

Проворчав что-то нечленоразделённое, пятёрка неохотно покинула коридор и, переругиваясь, спустилась вниз по ступенькам.

— Мы приносим вам глубочайшие извинения за сей инцидент, — обратился управляющий к Кану с Эленой. — Я прослежу, чтобы они покинули эти стены как можно скорее, а затем подумаю, как могу компенсировать вам моральный ущерб.

— Спасибо, не стоит, — с лёгкой улыбкой ответил Иль Кан.

— Как скажете, — кивнул старик, и, глядя на Элену, добавил. — Я всё же настаиваю на розовом вине. Оно отлично снимет напряжение.

— Забудьте, — девушка устало махнула рукой. — Сейчас не до него.

Под пристальным взглядом Иль Кана Элена прошла в в комнату, демонстративно перешагнув через свои дорожные сумки, лежавшие на дощатом полу. Рывком схватив одну из них, она вытряхнула её содержимое на небольшой столик у окна и, взяв чистую ночную рубашку, ушла в закуток для мытья, от души хлопнув тонкой дощатой дверкой.

"— Бесит, — ворчала она, усердно натирая кожу до красноты жёсткой мочалкой. — Да что он вообще о себе возомнил? Раскомандовался, блин: Элена, стоять! Элена, не вмешивайся!

— Элена, я всё слышу, — из-за двери послышался ехидный голос Иль Кана.

— А ты не стой под дверью! — рявкнула на него Элена, одним махом вылив на себя ушат воды и тут же взвизгнула. — Дьявол, почти ледяная!

— Ну извини, что не оставил горячей, — хмыкнул стоявший у двери генерал.

Обидевшись, она резко открыла дверь, в надежде попасть по Иль Кану, но он был проворнее и с лёгкостью увернулся. Его взгляд скользнул по её сердитому лицу, мокрым волосам и рубашке длиной чуть ниже бедра, открывающей стройные ноги.

Горло мгновенно пересохло и он едва сдержался, чтобы не сорвать с неё рубашку, мешавшую любоваться плавными линиями её тела.