Избранница мятежного генерала

Иль Кан схватил её за плечи, повернул к себе и хорошенько встряхнул:

— Очнись! Всё случилось из-за меня! Я — единственный, кого тебе следует ненавидеть! Оставь Кая, я разберусь с ним сам.

— Ненавидеть, — словно в трансе произнесла Элена и подняла на Иль Кана безжизненный взгляд. — Ты прав, я ненавижу. Ненавижу и его, и тебя.

Генерал покинул комнату, не сказав ни слова. Поначалу он думал, что выговорившись, ему станет легче. Это оказалось не так. Его сердце разрывалось от боли, но он осознавал, что сейчас Элену лучше не трогать.

“Пусть побудет одна,” — подумал он стоя на грязной лестнице с потемневшими от времени досками. — “Завтра я ещё раз попробую с ней поговорить.”"

"Трактир потихоньку пустел. Те везунчики, которым посчастливилось снять комнаты наверху, нетвёрдой походкой шли спать, хватаясь за перила и не обращая на него внимания. Другие же оставались спать неподалёку от трактира, в надежде, что разбойничьи банды не посмеют на них напасть в людном месте.

— Ну как, помирились? — шепнула ему на ухо Ханн и заговорщицки подмигнула.

Иль Кан выразительно посмотрел на неё, но промолчал и направился к выходу из трактира.

— Да что с вами такое? — вздохнула девушка и покачав головой, вернулась в их комнату.

Элена уже спала, но влажные дорожки на её щеках говорили лучше любых слов. Ханнала села рядом с ней и мягко погладила по волосам.

— Спокойных снов. Помни, всё будет хорошо.

Глава 78

Утром Элена проснулась раньше своих подруг. Наскоро умывшись, она спустилась вниз и попросила хозяина принести ей завтрак с большой кружкой бодрящего отвара.

В зале было тихо и малолюдно. Постояльцы неторопливо собирались в дорогу: кто-то уезжал, не дождавшись завтрака, кто-то с несчастным видом потягивал похмельный напиток и ковырялся в тарелке с нехитрой едой.

Задумавшись о том, что делать дальше, она не сразу заметила Иль Кана, подошедшего к её столу.

— Позволишь?

— Есть ещё что-то, что я должна знать? — хрипло спросила она и откинулась на спинку стула.

— Тебе не о чем беспокоиться. Я возьму Аса Кая на себя, — устало произнёс генерал.

— Не смей указывать, что мне делать, — грубо ответила Элена и залпом выпила отвар, который ей принесла жена трактирщика.

— Прости меня.

На секунду Элена замерла, пытаясь понять: Иль Кан действительно извинился перед ней или ей показалось?

— Я прошу у тебя прощения.