Испытание добродетели

Просто слышал, что ему не нравился этот врач.

— Когда вы выехали из дома, кто там оставался?

— Сам Монахов, Александра Львовна и Слава, второй водитель. Больше никого в доме не было.

— Вы знали, что туда должны приехать его помощники?

— Мне обычно не докладывают. Но я знал. Слышал, как они разговаривали.

— Тамара Георгиевна тоже знала?

— Может, и знала.

— Вы никого не подозреваете?

— А разве я должен? Окно было открыто. Охранник влез в дом, видимо, хотел поживиться. Тут его увидел Монахов. Ну а дальнейшие события всем известны.

— Вы видели этого охранника?

— Видел. Он обычно совершал обходы территории.

— Вы считаете, что человек с такой комплекцией и ростом мог отобрать пистолет у вашего бывшего шефа?

— Не знаю. Я слышал, что Алексей Владиленович упал и выронил оружие. В таком случае охранник мог его забрать.

— Вы часто ездите в загородный дом после случившегося?

— Ни разу не ездил. Тамара там появляться не хочет. Я ее понимаю. Даже когда следователи позвали, она не смогла.

— Вы никого не подозреваете?

— Только охранника, которого арестовали. Его фамилия Хасмамедов.

— Да, я знаю. Никого из окружения Монахова?

— Нет. Не думаю. Никого.

— Спасибо за разговор, — сказал Дронго, пожал ему руку на прощание, выбрался из автомобиля и зашагал к своей машине.

В загородный дом они приехали с большим опозданием. Их долго не пропускали, проверяли документы, позвонили сначала Александре Львовне, а затем и старшему Монахову.

Слава ждал у дома. Это был тощий, довольно высокий, нескладный парень с каштановыми волосами и немного вытянутым лицом. Он был одет в брюки и пиджак не по размеру, явно ему маловатые, словно успел вырасти за последние несколько месяцев.

Дронго кивнул ему в знак приветствия.

— Это вы и есть эксперт? — уточнил Слава.

— Да.

— Да. Она тоже вас ждет. Ей уже звонили и предупреждали, что вы приехали.

— Тогда давайте пройдем в дом, — предложил Дронго.

В коридоре мужчины увидели Александру Львовну в белом фартуке. Из кухни доносились приятные запахи домашней выпечки.

— Пирог сделала, — сообщила Александра Львовна. — Хотя знаю, что напрасно старалась. Слава отвезет его Тамаре Георгиевне, а она опять оставит еду нетронутой.