Испытание добродетели

Она помолчала, покачала головой, потом проговорила:

— Нет, он не решился бы. Я об этом даже не подумала. Неужели?.. Кстати, про пистолет мог знать только он.

— Но вы должны были услышать выстрел.

— Я ничего не слышала, — твердо сказала Мила. — Теперь я думаю, что отсутствовала даже больше полутора минут.

— На оружии не было его отпечатков пальцев, — сообщил Дронго. — Только Хасмамедова.

— Тогда все правильно. Он и стрелял, — убежденно произнесла Мила.

— Возможно, — согласился Дронго, не став ее разубеждать.

"— Я видела именно его. Он стоял на подоконнике, а Монахов лежал убитый на полу. Больше там никого не было. Может, Дима и входил в кабинет, пока я отсутствовала. Но я ничего больше не заметила.

— Понятно. — Дронго поднялся и сказал: — Спасибо, что приняли и выслушали меня.

Мила протянула ему руку. Он пожал ее.

— Можете иногда звонить мне, — неожиданно произнесла красотка, вставая.

— Позвоню, — солгал он.

Дронго прекрасно понимал, что никогда не захочет звонить этой женщине, если ему не понадобится это в интересах дела.

Эксперт повернулся и вышел из кабинета.

Уже в кабине лифта он набрал номер телефона Сергея Монахова и сказал:

— Вы можете позвонить вдове вашего брата, чтобы она меня приняла?

— Могу. Но она в совершенно ужасном состоянии. Женщина потеряла ребенка. Вы должны ее понять.

— Я ее понимаю. Но эта встреча очень нужна мне.

— Хорошо. Попробую. Но учтите, что Тамара и со следователями не очень много говорила. Да ничего толком и не могла сказать им. Ведь ее не было в доме.

— Тем не менее мне нужно с ней переговорить.

— Сейчас перезвоню, — пообещал старший Монахов.

Он сделал это только через двадцать минут.

— Тамара в таком состоянии, что не хочет ни с кем встречаться и разговаривать, — сообщил Сергей Владиленович.

— Не нужно заранее никого приговаривать, — попросил Дронго. — Мы сначала все проверим и вам сообщим. Все не так просто, как кажется.

— Уже гораздо проще, — возразил Монахов.