Испытание добродетели

Алла внесла вторую рюмку коньяка и поставила на стол перед Апрелевым. Пустую рюмку она не унесла. Было понятно, что девушка сильно обижена.

Когда она повернулась к дверям, Дима рявкнул:

— Вернись и забери пустую рюмку.

Алла выполнила это распоряжение и молча вышла из кабинета.

— Эту вот шалаву тоже нужно увольнять, — зло произнес Апрелев, увидел лицо Дронго и торопливо добавил: — Не стоит вам на меня за нее обижаться. Я просто называю вещи своими именами. Разве можно держать таких сотрудниц в нашем офисе?

— Вы женаты? — неожиданно спросил Дронго.

— Нет. А почему вы спросили?

— Вам не кажется, что вы не очень любите женщин?

— Я не люблю развратных дур, которые строят из себя умных.

— Очень категорично. Теперь все-таки давайте подробнее. За кого просила Левшова?

— Разве она вам не сказала?

— Только в общих чертах.

— Это на нее похоже. У нее есть знакомый. Какой-то грузин. Он пытается играть на финансовых рынках. Хочет через нас обеспечить легализацию своего капитала. Но его репутация!.. Мы проверяли, и Алексей Владиленович сказал мне, чтобы я не подпускал этого типа к нам на близкое расстояние и не имел с ним никаких дел.

— Как фамилия грузина?

— Она очень сложная. Я точно не помню, — сказал Апрелев и отвел глаза.

Не нужно было быть аналитиком, чтобы видеть, как он врет.

Дронго покачал головой и спросил:

— Что решил ваш бывший босс?

— Монахов приказал мне не иметь с ним абсолютно никаких дел. Хотя он пытался пролезть к нам и через других людей.

— Через каких?

— Разных. Кого только не использовал.

— Достаточно предприимчивый тип, — сказал Дронго. — Значит, Алексей Владиленович не хотел иметь с ним никаких дел?

— Он мне так и сказал.

— В таком случае ваша тетя наверняка вспомнит его фамилию, — вставил Вейдеманис. — Может, нам сразу спросить ее?

— Не нужно беспокоить женщину. — Апрелев поморщился. — Я постараюсь сам сказать вам.

— Если он имел дело с вашей компанией, то его имя может вспомнить и секретарша Монахова, — заметил Дронго.

Апрелев нахмурился. Было понятно, что он нервничает. Парень явно не рассчитывал, что эти настырные частные сыщики уцепятся за его фразу и будут расспрашивать об этом человеке. Он упомянул о нем только потому, что был уверен в том, что Мила сделала это раньше. Теперь ему явно не хотелось называть фамилию.

— Позовем Аллу? — снова настойчиво предложил Дронго.

— Не нужно. Кажется, его фамилия Солагашвили.