Искра на счастье

Да, в Восточных Землях понимают толк в настоящей роскоши! Какие оттуда везут ткани! Посуду! А украшения? Серьги, кольца, браслеты — им нет равных! У нее будет все, что только душенька пожелает и еще сверх того!

К огорчению баронессы, при переходе во дворец Александра, ей пришлось потесниться.

Сначала отправился сам повелитель, потом его дочери с мужьями. Дальше — слуги с вещами повелителя и вещами новобрачных. И только потом дошла очередь до свекрови.

Переход — это один миг темноты, и ты уже на другом конце мира.

Баронесса с любопытством огляделась — не сказала бы, что это дворец самого повелителя! Скромная комната, ни ковров, ни красивой мебели.

— Ваша милость, — обратился к баронессе какой-то мужчина. — Прошу вас, следуйте за мной. Мне поручено отвести вас с ваши комнаты.

— А мои вещи? — насторожилась Аниколь. — Конечно, теперь у нее всего будет вдоволь и все новое, но и старое терять не хочется.

— Не беспокойтесь, — вежливо склонился абар. — Все вещи в целости и сохранности доставят в ваши покои.

Из странной комнаты они вышли в другую, уже более прилично обставленную, потом коридоры, коридоры, лестницы, двери, молчаливые, грозно выглядящая охрана у каждой двери, незаметными тенями мелькающие слуги. И все — мужчины!

Баронесса жадно глазела на убранство помещений, через которые они проходили, пыталась спрашивать проводника, но абар только вежливо улыбался и просил следовать за ним.

Наконец, они остановились возле высоких двойных дверей, возле которых стояли двое особенно звероподобных воина.

Провожатый пошептался с ними и они, поклонившись, распахнули двери.

Баронесса приосанилась — вот так она теперь и будет жить, чтобы все кланялись и наперебой распахивали двери, пододвигали стулья и предлагали разные яства и развлечения.

Новая часть дворца была другой — здесь все просто кричало о роскоши и, вот же удивительно, теперь навстречу попадались одни только женщины. Нет, мужчины тоже встречались, но их было намного меньше, и они выглядели совсем молодыми, с гладкими, как у подростков лицами.

— Сюда, Ваша милость, — пригласил провожатый, распахивая одну из дверей.

— Что это? — спросила Аниколь.

— Ваши покои, леди, — ответил мужчина."

"— А где мой сын, Борис? Его покои поблизости? Он любит, чтобы его любимая мама всегда была рядом.

— Ваш сын — женатый человек. Ему и ясноокой Мадине повелитель выделил отдельные покои, чтобы их никто не беспокоил.

— Мать не может побеспокоить сына.