Проиграем?

Но делалось это так, как будто меня при этом не существует. Отвратительное чувство ненужности. Уже самой хочется что-нибудь ляпнуть, чтобы он наконец обратил на меня свое внимание. Стою под дверью, гипнотизируя табличку с фамилией Зорина, и все же решаюсь войти внутрь. Что при этом говорить, сама не знаю.

– Я хотела поговорить, – наконец произношу я, понимая, что Зорин не собирается отрывать свой взгляд от экрана компьютера.

– Говори, Женя.

– Что там со Стасом? – фантазия нулевая. Но все же этот вопрос меня действительно волнует.

– Когда с ним произойдут какие-то изменения, я тебе скажу об этом, – наконец переводит на меня взгляд. – Соболев, при всей своей видимой несерьезности, очень умело может заставлять людей вести себя так, как ему это нужно. Поэтому не накручивай себя возможными вариантами мести твоего отчима.

– Если он очнется, я знаю, что он вернется к маме. Когда он тогда сюда пришел, он не намекал, а прямо говорил, что через пару лет моя сестра будет красивее меня.

– Давай решать проблемы по мере их поступления, – спустя несколько секунд произносит Зорин, взяв в руки карандаш. Такое ощущение, что он специально его взял, чтобы только не смотреть на меня. – Сейчас твоя сестра в безопасности. Живет себе и ни о чем плохом не думает. Вот и ты так живи. Это все, что ты хотела мне сказать?

– Да, – после затяжной паузы произношу я.

– Тогда до свидания, – переводит на меня взгляд.

– До свидания, – разворачиваюсь и, сделав пару шагов, слышу громкий хруст. И только выйдя из кабинета, понимаю, что это был треснувший в руках Зорина карандаш.

***

Ненавижу вечера. Просто на дух не переношу. Ощущение тревоги накатывает вдвойне, несмотря на таблетки. И только лишь предстоящий юбилей отделения вызывает во мне необъяснимую радость. Правда, не сам он, а мысли о том, какой красивой я буду завтра. Могла ли я подумать еще месяц назад, что буду тратить деньги не только на одежду и обувь, но и запишусь в салон красоты? Мда… чудны дела твои, Господи.

Наверное, дальше я бы погрузилась в представления о том, как я буду выглядеть, если бы не звонок в дверь. Подхожу к двери и заглядываю в глазок. Сердце начинает стучать как ненормальное, когда я вижу Зорина. Не раздумывая, открываю дверь. Только не улыбаться, только не улыбаться. Черт, он же может что-то о Стасе сказать.

– Что-то случилось? Он умер?

– Нет.